Честь горца

Улыбнувшись, Жизель наклонилась над ним, приложилась губами к шраму и почувствовала, как он поежился от поцелуя. В первый раз за три последние ночи она не могла не подумать, как прекрасно будет заняться с ним любовью. Это отвлекло ее от более насущного занятия – от сна. Она попыталась остудить себя, напомнив себе о женщине в Шотландии, которую Найджел явно любил до сих пор. Но той сейчас не было здесь. Она также попыталась уцепиться за его слова, которые он сказал перед тем, как его ранили, по поводу выкупа и того, что никакой мужчина от него не откажется.

Но с легкостью отбросила их в сторону, потому что было понятно: он сказал так, чтобы раздразнить противника.

Жизель невольно покачала головой, недовольная, что не может прийти ни к какому выводу относительно Найджела, кроме того, что хочет его. В этот момент она действительно желала его. Ей до боли не хватало связывавшего их наслаждения, которое грело ее и с легкостью помогало забыть обо всех несчастьях, всех сомнениях и страхах. Ласково и с удовольствием целуя его плоский живот, она услышала, как он тяжело задышал, и ощутила в себе проснувшуюся смелость.

Ей вдруг стало интересно, что произойдет, если не он, а она будет любить его. Смутившись, Жизель все равно не могла избавиться от этой мысли. Он на деле доказал, какой прекрасной может быть страсть. Он всегда сам начинал склонять ее заняться любовью, учил ее, направлял ее. Так почему же теперь, когда она стала такой желанной, ей самой не воспользоваться обретенными знаниями и не вернуть ему хотя бы часть радости, которой он одаривал ее?

Чем больше Жизель думала об этом, тем смелее становилась.

Вместе со смелостью росло желание. Она вспомнила, как он заставлял бежать жар по жилам, и неожиданно ей захотелось то же самое сделать для него. Для нее не было секрета в том, что он желает ее. Но сейчас ей захотелось окунуть его в лихорадочную, слепую страсть, что он часто проделывал с ней. Это будет сладкая и пленительная месть, если он согласится."

"Только одно удерживало ее от того, чтобы сразу осуществить задуманное.

Что, если ее смелость вдруг почему-то оскорбит Найджела? Что, если из-за этого он плохо подумает о ней? Жизель отбросила в сторону неожиданные сомнения. Если она заметит у него хоть какой-нибудь признак отвращения или неудовольствия, она остановится и признается в собственном невежестве. И это было бы правдой. Потому что никто, включая мужа, не учил ее, что можно делать с мужчиной и что нельзя.