Четверо за спиной

Чем просто нежелание на чужбину замуж уезжать…

Да уж, в проницательности Яре не откажешь. Но не хвастать же мне тем, что дурная девка за меня замуж захотела?

- Мы уже не узнаем.

- Почему? Ее что… – глаза Яры делаются огромными, а чувствую, что тону в них бесповоротно. - Беригор! – рявкает она, возвращая меня в реальность.

- А? Да жива она! Сослал князь ее в дальнюю деревню. Косу срезал и имени решил. Так что теперь ее никто замуж не возьмет. Не просто селянкой будет, а чернавкой да изгоем. Чураться ее люди будут, пальцем показывать и надсмехаться.

В этот момент за дверью слышится какой-то шум, дверь в опочивальню распахивается и врываются князь и Драгомир. Ну куда же без них. Эх… зря я зазнобе своей рубаху предложил надеть. Хоть и сказал мне князь вчера, что отказала она, да уж больно хочется, чтобы наверняка оба знали, что моя теперь. Весь мир знал.

У обоих вытягиваются лица, когда меня на постели рядом с Ярой и без рубахи видят. Но Драгомир приходит в себя первым. Холодно смотрит на меня, слегка кивает и устремляется к раненной.

- Ярушка, звездочка, ты как?

- Все хорошо, - улыбается она, - почти здорова.

- Не поверю. Давай-ка раны твои осмотрю.

- Нет! – рявкаем мы вдвоем с князем.

- Может вы все же выйдете? Я помочь пришел, – настаивает Драгомир."

"Сие не нравится ни мне, ни князю. Хоть и навроде брата он ей, однако как-то не верится, что обуздал волхв свои чувства. Ревность черной змеей поднимает голову и заставляет кровь клокотать в горле. Я внимательно на Яру смотрю, пусть только знак какой подаст, обоих взашей выгоню.

Глава 25. (Ярослава)

Сказать, что я рада видеть Драгомира – это ничего не сказать. Он как островок стабильности с неизменно теплыми серыми глазами. Свое, родное. Хочется устало положить ему голову на плечо, чувствуя себя в полной безопасности.

- Рубаху снимай.

- О, как ты сразу, - усмехаюсь я, - а поцеловать?

- Только если в щеку. По-братски, - скупо улыбается волхв. Но что-то неуловимо горькое мелькает в его глазах.

- Мне Мара рассказала, - начинаю я.

- Это был единственный шанс тебя спасти. Так что, как ни обидно признавать, все мои предложения более не актуальны.

- Спасибо тебе, Драг, - благодарю от всего сердца. Никогда я ему отплатить равноценным не смогу.

Вместо ответа он просто кивает, с преувеличенной сосредоточенностью помогая мне снять рубаху. Его спортивным топом не удивить, так что смущаться мне перед ним не приходится.