Четвертое крыло

— А я верю, — ответила Рианнон.

— Вы здесь только два дня, а уже нарушаете правила, — пробормотала Мира. — Идемте, быстрее будет здесь.

Спустя час мы с Мирой вытянули ноги на мягких скамьях по сторонам от обеденного стола в доме Рейган и глядели, как Рианнон качает своего племянника у камина и, забыв обо всем, беседует с сестрой под присмотром родителей и зятя.

Их воссоединение стоило всех нарушенных правил.

— Спасибо, что помогла, — глянула я на Миру.

— Вы бы все равно полетели, со мной или без меня. — Она с доброй улыбкой наблюдала за семьей, сжимая оловянную чашу с вином, которую нам любезно подала мама Рианнон.

 — А так я хотя бы прослежу, чтобы ничего не случилось. Какие еще правила нарушала, сестрица? — Она отпила вино и покосилась на меня.

Я повела плечом, хитро улыбнувшись.

— Ну, пару тут, пару там. Научилась травить противников перед вызовами.

Мира чуть не выплюнула вино и зажала рот рукой.

Я рассмеялась, закинув одну ногу на другую.

— Что, не ожидала?

В ее глазах светилось уважение.

— Честно, не знаю даже, чего я ожидала.

Просто отчаянно хотелось, чтобы ты выжила. А ты не только связалась с одним из сильнейших драконов, но прихватила еще и перьехвостку, — она покачала головой. — Могучая у меня, конечно, сестренка.

— Только вряд ли с тобой согласится мама. — Я потерла большим пальцем ручку чашки. — У меня пока не получается манифестировать печать. Научилась заземляться, щиты у меня тоже ничего, но… — я не могла рассказать остальное — о даре Андарны — по крайней мере, пока.

 — Но если я скоро не манифестирую…

Мы обе знали, что будет.

Она молча рассматривала меня, как делала это всегда, потом сказала:

— Ну, хорошо. Если хочешь, чтобы манифестировалась печать, тогда не мешай себе мыслями о маме. Твоя сила — только твоя, Ви.

Я поежилась под ее взглядом и сменила тему, обратив внимание на ее шею.

— А это у тебя откуда?

— Грифон, — ответила она, кивнув. — Рядом с деревней Крэнстон, месяцев семь назад. Вылетел не пойми откуда в разгар нападения на селение. Чары ослабли, а печать дает мне какую-никакую защиту от вражеских магов, но не от их сраных пташек.

Целители латали меня несколько часов. Зато теперь шрамом можно похвастаться. — Она вскинула подбородок, красуясь.

— Крэнстон? — я вспомнила инструктажи. — Об этом нам никто не рассказывал. Я тут…

Здравый смысл подсказывал заткнуться.

— Что? — она сделала еще глоток.

— Я тут подумала, что на границах творится больше, чем нам говорят, — призналась я тихо.

Мира подняла бровь.