…К моменту, когда противоядие начало действовать, в дверь ввалился гонец, прибывший прямиком с левой башни, и принялся искать ярла.
Рейн к этому времени уже поднялся на ноги. Встал сам, сказав, что ему не нужна ничья помощь.
– Центинский флот – они собираются снова напасть!.. Их корабли уже близко от башен! – впалил страж.
– Готовимся к обороне, – кивнув, словно не случилось ничего необычного, будничным голосом произнес Рейн.
И тотчас же принялся раздавать указания всем тем, кто стоял на ногах.
…Но обороняться нам не пришлось, и я даже не взлетела в черное ночное небо на спине у Райни.
Мы с ней не сжигали корабли, прибывшие с моей родины, и не уворачивались от выпущенных из баллист дротиков.
Потому что еще через полчаса прибыл другой гонец, но уже с правой башни, чтобы сообщить, что флот Центина удирает из наших вод. Их паруса горят, и несколько кораблей тоже – какое же это великолепное зрелище!
И все потому, что на них напали!
– Но кто это сделал?! – изумился Рейн.
– Король Харальд.
Он направлялся к нам, но увидел центинцев и их разгромил!
Оказалось, вместе с отцом в Скьорвин плыл еще и старший брат Рейна, Гуннар Бергссон, а с ними половина севера, так что флот Центина был разбит в щепки!
– За это стоит выпить! – раздался чей-то голос, на что я хрипло рассмеялась.
А затем, закрыв глаза, сползла по стенке на пол.
И пусть мы успели дать противоядие всем, кого отравила Аннарита Вейр со своими подельниками, и многие из дружины уже приходили в себя… Требовали вина, заявляя, что это самое лучшее для них лечение!.
.
Рейн к этому времени приказал отвести в погреб всех замешанных в преступлении, и Бринна, хромая, но гордо вскинув голову, шла сама. Тех же, кто пострадал от яда серьезнее остальных, переправили в лазарет, а Длинный Дом стал готовиться к встрече с королем Харальдом и наследным принцем Гуннаром.
То есть к очередному пиру."
"Именно в этот момент я со всей отчетливостью осознала, что мне здесь не место.
Нет, не так – я могла бы жить и быть счастливой в Скьорвине, но… Я – причина всех настоящих и будущих бед этих людей, которые были ко мне добры и приняли меня как свою.
Ну, за исключением Бринны.
Но прорицатель прав – мне здесь не место, потому что Центин станет приходить за мной снова и снова. Нападать, пытаясь всех уничтожить, или же действовать исподтишка, подсылая ко мне убийц или подкупая предателей.
А вместе с ними в эту игру ввяжутся еще и Хастор с Надиром аль-Амманом.
