Выкатили из погребов ярла бочки с элем и вином, а на нескольких кострах жарили окорока. И, пусть только начало вечереть, толпа уже вовсю пела и плясала под веселые переборы гуслей и заливистые трели дудок.
В вечернем небе тем временем разгорался закат, заливая все вокруг топленым золотом.
Вот и я, устав веселиться и танцевать с Рейном, заявившим во всеуслышание что невеста у него только одна и это Аньез Райс, после чего подарил мне золотой с рубинами браслет, – вышла наружу, а Рейн остался с дружиной.
Вечер выдался по весеннему приятным.
Ветер дул со стороны фьорда, и мне казалось, что в его порывах я чувствовала тепло Хастора.
Ярра, опустившаяся рядом со мной на лавку, тоже подставила ветру свое красивое и смуглое лицо. Наверное, пытаясь уловить в его порывах далекое дыхание Аль-Убари.
Неподалеку сидел молодой викинг из дружины Рейна. Кажется, его звали Хальвор. Он не спускал глаз с Ярры, время от времени топя свою печаль в вине. Или же таким образом он набирался смелости, чтобы подойти к остарской принцессе?
– Если что, у тебя завелся поклонник, – негромко сказала я Ярре на остарском.
– Возможно, и завелся, – усмехнулась принцесса. – Если, конечно, он соберется с духом. А то поклонников у меня здесь много, но все они…
Они все терялись перед красотой и силой Ярры, принцессы из Аль-Убари.
Именно тогда, когда молодой викинг все же отыскал в себе достаточно смелости либо мысленно заручился поддержкой местных Богов и все же направился к нам, – именно в этот момент раздался топот копыт по деревянному настилу.
Затем появилась лошадь – статная, серая в яблоках, но покрытая дорожной грязью.
На ней сидел величественный старик в темно-сером плаще. Глаза его скрывала черная повязка, а седые волосы спадали на плечи. Лошадь за поводья вел юноша, светловолосый и серьезный.
Свадебный шум моментально стих.
– Провидец! Это провидец!.. – раздался встревоженный шепот позади нас с Яррой. – Спустился с гор… Давно же его у нас не было!..
Возможно, целых десять лет, промелькнуло у меня в голове, потому что я вспомнила, как Рейн мне рассказывал о своей встрече и предсказании.
И вот провидец снова появился в Скьорвине спустя столь долгое время. Интересно, зачем? Неужели для того, чтобы выпить за здоровье молодых, потому что весть о пире докатилась даже до его обители?
Ответа я не знала, но подозревала, что старик явился сюда неспроста.
На лошади он сидел уверенно и прямо, словно не обращал внимания на то, что его глаза завязаны повязкой.
