Четвертый эшелон

— А вы думали, Вадим Гаврилович, что мы как тот околоточный у Дорошевича: «держать и не пущать»?

Они посмотрели друг на друга и расхохотались.

И сразу почувствовали себя свободно, потому что разговор с первых же минут начался легкий и доверительный.

— Вадим Гаврилович, — комиссар стер с лица улыбку, — нам Иван Александрович доложил, что вы готовы помочь следствию.

— Да, — коротко ответил Алтунин.

— Давая обещание такого рода, — продолжал Королев, — вы тем самым берете на себя целый ряд обязательств.

— Да, — опять коротко, как щелчок курка.

— Но, кроме этого, вы подвергаете свою жизнь опасности.

— Виктор Кузьмич, — в кабинете повисла тишина, все ждали ответа Алтунина, — моей жизни теперь цена пустячная совсем. Если я смогу свести с ними счеты…

— Э… Так не пойдет, — покачал головой комиссар, — счеты, Вадим Гаврилович, в подворотнях сводят. Мы же просим вас помочь торжеству закона.

— Это другой разговор. Вы вместе с товарищем Даниловым едете в Барановичи, идете на явку, там встречаете связного от Крука, внедряетесь в банду…

— Простите, не понял?

— Входите в доверие к главарю и делаете все, чтобы он поверил нашему человеку.

— Я сделаю все, что в моих силах.

— Вадим Гаврилович, — Королев встал, опершись руками о стол, — надо сделать еще больше. Мне трудно говорить, но мы мужчины и солдаты. Вы можете погибнуть в случае неудачи, а в случае удачи я не могу гарантировать вам помилования.

— Я знаю это, — Алтунин говорил, медленно подбирая слова, — я не жду снисхождения. Но в зал суда я хочу прийти чистым перед собой и перед памятью человека, который воспитал меня.

— Чтобы наше задание выполнить, нужно любить жизнь, а любовь к жизни предполагает и страх смерти.

— Мы не по делу говорим, генерал, — неожиданно резко отрубил Алтунин, — я сказал, — готов!

— Вот и хорошо, мы сейчас вас познакомим с вашим напарником. Подружитесь с ним, он человек хороший. — Королев нажал кнопку звонка. В дверях кабинета вырос порученец.

— Макаров, пригласи лейтенанта Никитина, только не как в прошлый раз, когда ты Данилова искал.

Через несколько минут появился Никитин.

— Вот, лейтенант, ваш напарник. До отъезда вы будете жить вместе, потом пойдете на задание вместе. Присмотритесь друг к другу, пообвыкнете. Помните, что не в ресторан пойдете.

— В пивную, товарищ комиссар, — блеснув фиксой, криво усмехнулся Никитин. — Тоже дело веселое.

— Ну вот, пойдите пообщайтесь перед веселым делом. Пока погрустите немного. Это полезно. Грусть, она душу очищает.