Четвертый эшелон

Остальные в машину. Сколько километров до станции?

— Шесть. — Начальник розыска достал из шкафа автомат. — Людей брать?

— Не надо, хватит моих. Пусть лучше Токмакову помогут.

— Да голос странный, вроде детский, — ответил дежурный, — он только успел сказать: банда, потом выстрел, и связь оборвалась.

Не доезжая километров двух, увидели дым. Горела станция.

— Давай, — крикнул Данилов шоферу, — слышишь!

Шофер буркнул что-то и выжал педаль газа. Стрелка спидометра медленно уходила за цифру сто.

Во дворе станции горел сарай.

— Зерно подожгли, сволочи, — выругался начальник розыска. Он прислушался и вдруг бросился к сараю.

— Стой! — крикнул Данилов. — Сгоришь!

Сквозь треск и гул пламени из сарая доносились стоны.

Оперативники ломами разбили дверь и вытащили шестерых полузадохнувшихся связанных работников станции.

Пока спасали остатки зерна и оказывали помощь людям, Данилов узнал, что часа два назад приезжал на велосипеде новый почтальон, привозил газеты, потом приехали шестеро на бричке, нагрузили зерно на бричку и две телеги, стоявшие в сарае на станции, людей связали, заперли в сарай и подожгли с остатками зерна.

Звонила дочка агронома, она спряталась в директорском кабинете. Бандиты о звонке ничего не знали и девочку не нашли.

— Где она? — спросил Данилов.

— Вон у крыльца, — ответили ему.

На крыльце стояла девочка лет тринадцати в выгоревшем на солнце ситцевом платьице.

— Как тебя зовут? — спросил Данилов, присев на ступеньки крыльца.

Голос был тихий, казалось, что девочка не говорит, а выдыхает слова.

— Ты очень испугалась?

— Очень. Когда они уехали, я поглядела в окно. Они поехали туда, — девочка показала рукой к лесу, — потом увидела огонь и спряталась.

— Спасибо, дочка, ты нам очень помогла.

Через двор, придерживая автомат, бежал начальник розыска.

— Товарищ полковник, они в сторону хуторов подались через лес. Следы те же, что в Ольховке.

Токмаков медленно шел по улице. Со стороны казалось, что задумался человек, просто гуляет, низко опустив голову.

«Зачем же я глупостями занимаюсь, — подумал капитан, — пойду в розыск, они наверняка знают, сколько в городе велосипедов».

Он уже совсем собрался повернуть к райотделу, как увидел след. Отчетливый, замечательный след с цифрой девять, выдавленной в грязи улицы. Он пошел по следу, еще не веря в удачу, добрался до площади и потерял его.