Четвертый рубин

Пару месяцев назад какой-то секретарь, надзиравший за дронами, решил отслеживать качество их услуг и изобрёл специальную анкету для отзывов, а другой секретарь, не желая отставать, добавил в регламент новый подпункт с подробной инструкцией, как заполнять соответствующую форму «О» девяносто шесть, чтобы никто случайно не обидел верных электронно-квантовых слуг и таким образом не снизил эффективность их работы. Теперь всякий, кто пользовался дронами, обязан был эту форму предоставить по всей строгости.

– Скорость отклика? – спросила Гвен, наставив ручку на принесённый дроном бланк.

– Высокая, – кивнул Джек.

Она отметила нужный квадратик и перешла к следующему.

– Серьёзно? – усмехнулся Джек. – Это же просто машины, что вы тут о них возомнили?

Веснушки на бледном лице Гвен сложились в сердитую гримасу.

– От-но-ше-ние! – отчеканила она.

– Чего никак нельзя сказать о твоём! – фыркнула она, отмечая квадратик. – Техническое состояние?

– Так… – Она поставила галочку. – Да уж, отполированы на совесть… – Ручка зависла над последним пунктом.

Он взглянул на зависший дрон. Тот придвинулся ближе, нервно сжимая и разжимая диафрагму видеокамеры. Джек закатил глаза:

Гвен отметила квадратик и протянула заполненную форму. Дрон схватил её и умчался довольный.

Нужные часы на Оксфорд-стрит висели точно там, где сказал Таннер. Стрелки показывали половину шестого – время пить чай. Джек свернул налево, протиснулся в узкую щель между зданиями магазинов и оказался на пешеходной площадке у торгового центра, освещённой сине-зелёными рождественскими гирляндами.

Несколькими минутами ранее он спокойно вышел из главного входа Бюро находок. Он, Джек Баклз-тринадцатый, живое правило тринадцать! Вышел без всякой охраны – и что бы вы думали? Ни сигналов тревоги, ни бдительных дронов, ни неуклюжей фигуры Шоу за углом с ловчей сетью и электросферой – ничего!

Должно быть, профессор принял меры. Джек даже ощутил неловкость.

Вот и красная телефонная будка на углу площади, а рядом безногий рисует на асфальте цветными мелками. Заметив прохожего, художник пододвинул перевёрнутую шляпу, в которой звякнули медяки.

– О! – Джек смущённо похлопал себя по карманам. Забыл переложить мелочь.