Досадливо сплюнув, Макс выбрался на тропу, заорал уже своим:
– Все сюда! Сгоняйте всех оставшихся лошадей и коров!
Люди начали выбираться из кустов, стягиваться к командиру:
– Все живы? Никто не ранен?
– Мишке щеку прострелили. Стрела в рот вошла, через щеку вылетела.
– Не умрет, – жестко отчеканил Макс. – Нечего было хавальник раскрывать. Остальные целы?
– Имру ногу проткнули, ниже колена, – отозвался один из кшаргов.
– Перевяжите раненых и не давайте разбегаться животным.
– Несколько уже успело ускакать, – нервно буркнул Дубин.
– И вообще, это кто такие были?
Макс не ответил, он развернулся к возвращающимся всадникам:
– Эй, сир Бум, кто это такие?
– Знать не знаю. Хорошо бы поймать одного, задницей сунуть в муравейник и спросить. Да разве их поймаешь в этой чаще… Думаю, их Аххо послал… старый плут. Надо вернуться и пустить огня ему под ворота.
– Зачем Аххо это делать?
– Несколько лошадей пропало, разыскать их тут дело долгое. А эти свиньи лес знают, и себе их заграбастают быстрее, чем мы разыщем.
– Аххо с нами дружить выгоднее, чем ссориться, да и для него пять кляч не сокровище.
– Ну, значит, кто-то из его ребят польстился – кроме них, ведь некому. Хотя бы те, что в зал зыркали при нашем разговоре.
– А может, это разбойники местные?"
"– Откуда им тут взяться? В этом лесу грабить некого. Тут до Рыбицы даже кшаргов не будет. Смолокуры да охотники здесь бродят, а с них брать нечего.
– Ладно, будем держаться настороже. Как бы эти гады не вернулись. Им этот лес знаком, нам нет, оторваться трудно будет.
– А я думал, вы тут каждое дерево знаете, – разочарованно произнес Бум.
– Здесь нет. Но за Рыбицей все изменится – с нами кшарги идут, там они действительно все знают.
– Ну лишь бы в болото не завели.
* * *Правый берег Фреоны походил на левый не более чем пустыня на тайгу. Левый берег местами на несколько километров покрыт тростниковыми плавнями и лабиринтами пойменных проток и озер. Далее на много дней пути идет лес, и лес серьезный. Трудно найти солнечную лужайку с мягкой травой или чистую сосновую рощу.
Что ни дерево, то великан; где нет бурелома, там непроходимый малинник или бесполезный кустарник. Под ногами то и дело хлюпает мох, предупреждая о близости болота или мрачного, чернильно-черного озера. В этом комарином раю недолго и депрессию заработать от мрака окружающего, а следом и повеситься. Передвигаться здесь без проводника трудно – звериных троп мало, да и ненадежные эти дороги… куда угодно завести могут.
