Чуть погодя и в небе, и в эфире стало гораздо оживленнее – вдали промелькнули две двойки штурмовиков, тремя потоками, низко над землей, промчались «крокодилы», сопровождавшие МИ-8, определенно с десантом. Эфир, еще полчаса назад совсем скучный, сейчас переполнился азартно-деловой перекличкой. Перекликались летчики и десантники, бронеколонны внутренних войск и отряды армейского спецназа, замыкавшие кольцо вокруг людей Джинна.
Операция раскрутилась на полную.
Но их это уже не касалось. Они сделали свое, и ничего особенного больше не предстояло. Им предстояло провести ночь в помпезном махачкалинском санатории ФСБ, построенном со всем размахом еще для всего Союза в последние годы бытия такового, – и у них не нашлось деньжат на пятьдесят граммов коньяку для снятия напряжения.
Им предстояло улетать из продутого всеми ветрами махачкалинского аэропорта, увозя с собой Джинна, – уже совсем тихого, являвшего собою расслабленную безнадежность, хоть картину пиши. Им предстояло в столице распить традиционную бутылку шампанского в автобусе по пути домой. А еще чуть позже им предстояло начать все сначала. А то, что они сделали, уложилось в коротенькое и скупое газетное сообщеньице без фамилий, подробностей, эмоций и фанфар…"
"«…И подошел Гедеон и сто человек с ним к стану, в начале средней стражи, и разбудили стражей, и затрубили трубами, и разбили кувшины, которые были в руках их.
И затрубили все три отряда трубами, и разбили кувшины, и держали в левой своей руке светильники, а в правой руке трубы, и трубили, и кричали: «Меч Господа и Гедеона!» И стоял всякий на своем месте вокруг стана; и стали бегать во всем стане, и кричали, и обратились в бегство.
Между тем как триста человек трубили трубами, обратил Господь меч одного на другого во всем стане, и бежало ополчение…»
Библия, Книга Судей, 7, 19—22
Это – первое в мировой истории письменное упоминание о спецназе.
Ханкала–Красноярск, 2000"
