Чёрная пантера с бирюзовыми глазами

Так что я абсолютно точно не ребёнок!

– Ладно, допустим, – тяжело вздохнул Гейб, но при этом вовсе не казался убеждённым мною. – Допустим, что ты – не ребёнок. Но я всё равно слишком давлю на тебя. У меня просто нет сил держать свои руки подальше от тебя...

– И не надо. Разве я против? Мне это даже нравится.

– Да, но сегодня это едва не вышло из-под контроля! Я забылся! И если бы Томас не появился – неизвестно, чем бы всё могло закончиться.

– Да чем таким уж страшным это могло закончиться-то?

– Ты действительно не понимаешь, насколько я хочу тебя? Я едва не взял тебя прямо там, в прихожей, на полу!

– Я бы не возражала, – едва слышно прошептала я, чувствуя, как пылают мои щеки.

– Что?! – Гейб явно не ожидал такой моей реакции. – Нет! Это всё неправильно! Ты должна возражать. Так нельзя обращаться с юной девушкой, нельзя затаскивать её в постель на второй день знакомства.

– А на какой можно? – у меня уже голова кружилась от этого разговора! Мы ведь только что выяснили, что Гейб испытывает ко мне то же, что и я к нему, так в чём вообще проблема? Так, стоп, я ведь так и не сказала ему о своих чувствах, значит, он до сих пор не понимает, что всё, что произошло в прихожей, было совершенно нормальным и правильным.

Гейб же, кажется, впал в ступор от моего вопроса. Привычно запустив руки в волосы, он в растерянности смотрел на меня, явно не зная, как реагировать.

– Послушай, Габриэль, – я решила, что здесь более уместно именно это имя.

– Да, Миранда? – мне всё же удалось заставить его слегка расслабиться, даже чуть-чуть улыбнуться.

– Во-первых... Ах, да, во-первых уже было. Итак, во-вторых, можешь не пугаться, я вовсе не считаю, что нам прямо сию минуту нужно отправиться в постель и заняться любовью.

– Правда? – мне послышалось, или кроме облегчения в его голосе проскользнуло также и разочарование?

– Правда. Но, в третьих – мне очень понравился наш поцелуй. И я была бы совсем не против его повторить?

– Правда? – на этот раз Гейб не смог сдержать счастливую улыбку.

– Правда, – вновь кивнула я. – И последнее, хоть и не по важности. Неужели ты думаешь, что я стала бы вот так льнуть к тебе, позволять обнимать меня, таскать на руках, целовать, если бы сама этого не хотела? Тебе не приходило в голову, что я могу испытывать к тебе то же самое?

Какое-то время Гейб растерянно смотрел на меня, но потом, наконец, прошептал.