Чёрный город

 – Его превосходительство сказал: «А, так тело Фандорина не нашли? Ну тогда еще бабушка надвое» – и повесил трубку. Я, правду сказать, счел сие начальственной дурью. А он, оказывается, был прав. Видимо, хорошо с вами знаком?

– Вы что-нибудь знаете про революционера по кличке Дятел? – невежливо ответил Эраст Петрович вопросом на вопрос. Пора было переходить к делу. – Как я ни пытался, не сумел выйти на след этого г-господина.

– И не выйдете. – Мятые веки на секунду прикрылись, будто Шубин желал скрыть от собеседника выражение глаз.

А когда посмотрел снова, взгляд стал другим: деловитым, серьезным. – Это личность, известная очень немногим. И никто из них болтать не станет.

– Так-так, говорите! – подался вперед Фандорин.

Он уже стал думать, что Гасым ослышался или не так понял. Но Дятел, оказывается, существует!

– Главный финансист большевистской партии. Иногда подбрасывает деньжонок другим революционным группам – в обмен на всякого рода услуги. Осторожен как черт. Настоящий дятел: стук слыхать, а самого не видно.

Мы его ни разу не арестовывали. И филерам на глаза он не попадался. Словесного портрета и то нет.

– Быть, может, не очень искали? – осведомился Фандорин, уже имея некоторое представление о принципах работы бакинских правоохранителей.

Тимофей Тимофеевич залучился хитрой улыбкой.

– Очень возможно. Политический сыск не моя область. Про Дятла я, конечно, слышал, но всерьез им никогда не занимался. Настоящего стимула не было. Теперь, пожалуй, займусь. Если уж сам Фандорин этой птицей заинтересовался… А чем вам приглянулся именно Дятел? Это не самый хищный и уж точно не самый шумный обитатель бакинского птичника.

Ни на какие лишние вопросы Эраст Петрович этому хитрюге отвечать не собирался.

– Дятел и Одиссей, проходящий по разработкам Охранного отделения, – это одно и то же лицо?

– Не исключено, – осторожно вымолвил подполковник.

– Почему этой информации нет в д-досье?

– Понятия не имею. Еще раз: я служу не в Охранном отделении. И вообще…

Он не договорил, но Фандорин догадался, что хотел сказать серый кардинал Бакинского градоначальства: «Мало ли вещей, которые я знаю и наверх не докладываю.

Каждый за себя».

– Хорошо. Расскажите мне про з-забастовку. У этого движения есть какой-то организационный центр?

– Трудно сказать… – Шубин снова замялся. На этот раз, кажется, не скрытничал, а действительно не знал. – По некоторым признакам создается впечатление, что забастовка дирижируется неким штабом. Однако поверить в это трудно.