Чёрный город

Ему вообще всё очень нравилось: и дорога, и то, что он вместе с господином, а больше всего цель путешествия.

Во времена, когда Эрасту Петровичу приходилось зарабатывать на жизнь платными расследованиями, Маса тяжко страдал. Говорил, что господин роняет свое достоинство, как оставшийся без службы самурай, который вынужден продавать свой меч за деньги. Однако в Баку, по мнению японца, Фандорин ехал по делу почтенному и благородному – мстить врагу за нанесенное оскорбление.

– Порчяса это нисево, – безмятежно сказал слуга.

 – Скоро господзин успокоится, потомусьто мы найдзём Одиссэй-сан.

К врагам господина японец относился с уважением – потому революционер удостоился почтительного «сан».

Эраст Петрович сел, хотел было закурить сигару, но Маса поднял палец и строго сказал по-японски:

– «Никки-до»! Неизвестно, будет ли сегодня время.

Он был прав. Задержку нужно было использовать, чтобы отделаться от Никки.

Поймав себя на этой мысли, Эраст Петрович устыдился. Что значит «отделаться»? Нехорошо так относиться к «Никки-до».

Но прошло уже почти полгода, а он все не мог привыкнуть к этой утомительной обязанности.

Если в программе физического самоусовершенствования 1914 года значилось «нимподзюцу», то в качестве духовной практики Фандорин решил освоить «Никки-до», «Путь Дневника».

Дневник ведут многие, как на Западе, так и на Востоке. Юные гимназистки записывают в заветную тетрадку свои сердечные переживания, прыщелобые студенты предаются ницшеанским грезам, семейные матроны ведут хронику детских болезней и салонных сплетен, писатели причесывают свои мысли ради посмертной публикации в предпоследнем томе полного собрания сочинений (в последнем, как известно, бывают «Письма»).

Но человек, который во всяком занятии стремится отыскать способ подняться на более высокую ступеньку бытия, хорошо понимает: настоящий смысл ежедневных письменных излияний в том, чтобы развивать ясность ума и духа. Когда к дневнику (по-японски «никки») относятся подобным образом, это не просто бумагомарание, а Путь, и очень непростой. Посложней, чем квантовая теория, которой Фандорин посвятил весь 1913 год.

Никки положено вести ежедневно. Уважительных причин, по которым разрешалось бы сделать перерыв, не существует. Ни болезнь, ни горе, ни опасность оправданием не являются. Если ты оказался в пустыне без бумаги и кисти – скреби палочкой по песку. Если потерпел кораблекрушение и плывешь по морю на доске – води пальцем по воде.