Чёрный город

Чтобы понял: в этом танце ему отводится роль дамы, а не кавалера.

– Сначала п-позвольте вопрос. Мне показалось, что вы как-то очень уж легко сорвали б-банк. Никто из партнеров не выглядел раздосадованным. И не просил возможности отыграться. Это была завуалированная взятка?

Подполковник внимательно посмотрел Эрасту Петровичу в глаза. Не возмутился, не покраснел – просто прищурился.

– Я мог бы, разумеется, ответить, что удачлив в игре. Но это помешало бы установлению доверительных отношений. Поэтому извольте: мзды у туземцев я не беру, иначе на шею сядут.

Но позволяю им проигрывать мне в картишки. По маленькой.

– Ничего себе по маленькой. Тысяча рублей.

Шубин снисходительно улыбнулся.

– В Москве тысяча рублей – деньги, а здесь, чтобы содержать себя в приличном виде, мне надобно тратить в год тысяч сто. Иначе уважать не будут. Это Баку. Чересчур неподкупных здесь не любят и ужасно боятся. Начинают против них интриговать, кляузничать. Если совсем занервничают, могут подослать «маузериста» – если убийство заказывает армянин.

Или головореза-гочи – если вас хочет убрать мусульманин.

– Гочи? – переспросил Фандорин.

– Местные тюркские бандиты. Их называют по-разному: гочи, гочу, кочи, кочии.

«Что же мне с тобой делать, прохиндей? – так и не мог решить Эраст Петрович. – Рассказывать про Одиссея или нет?»

– А может быть, вы по шпионской части интересуетесь? – Шубин смотрел через щель на публику. – Насколько мне известно, это ближе к вашему кругу интересов, чем нефть.

Тогда обратите внимание вон на тех шерочку с машерочкой.

Он раздвинул занавес пошире, кивнул на двух господ, которые шушукались в сторонке от праздной толпы. Судя по лицам, разговор шел о чем-то серьезном, даже тревожном.

– Тощий, в визитке, – германский консул Тотманн. Плотный – австрийский консул Люст. На него обратите сугубое внимание. Хотя гогенцоллерновская империя мощнее габсбургской, но у нас в Баку верховодит австриец, немец во всем его слушается. Герр Люст давно здесь живет, имеет обширную сеть осведомителей.

Между прочим, кадровый офицер генштаба, майор. Считается, что в отставке, но мы-то знаем.

Вдруг австрийский консул, словно почувствовав обращенные на него взгляды, обернулся. Слегка поклонился Шубину, но уставился не на подполковника, а на Фандорина.

«Знает, кто я? Вряд ли. Но профессионал профессионала угадывает издалека. Как рыбак рыбака».

Люст повернулся, взял напарника под руку, отвел подальше.