На втором году отсидки он узнает о смерти Энтони, убитого на тротуаре в Марселе.
Два года спустя его мать умирает от инсульта.
Он знает, что виноват в этом. Что он убил собственную мать.
Ту, которая так его любила.
Пока он сидит, Дельфина заявляет ему, что уходит. Она просит развода.
Что гораздо хуже, она нашла другого парня.
Когда он выяснит, кто это, ему станет еще больнее. Не незнакомец, нет. Враг.
Вилли — его единственное утешение в этой бездне. Младший брат приходит повидать его раз в неделю. Неизменно.
Если не считать форс-мажоров, он ни разу не пропустил ни одного свидания.
За десять лет.
Вернейший из верных.
Впрочем, Рафаэль — единственный, кто у него остался.
И наоборот.
Я не смог удержать отца. Не смог сохранить жену.
Я убил мать.
Я не смог защитить Энтони.
Я привел Вильяма на бойню.
Я убил Фреда, закопал в грязи любовь всей его жизни.
У меня была жизнь…
Вот что я с ней сделал.
Глава 38
21:10К счастью, они вместе.
Потому что Вильям не смог бы долго сопротивляться.
Он сошел бы с ума очень скоро.
Но Рафаэль другое дело, он был на «ты» с одиночеством и заключением долгие годы. Это все старые недруги, которых он смог приручить, демоны, с которыми он знал, как сражаться.
Он сохранял разум в ясности, настороже. Он продолжал верить.
Стараясь не разбудить брата, он съехал по стене и улегся на пол.
Спать, раз уж пока что не оставалось ничего другого.
Уснуть, чтобы забыть на несколько минут, что ты голоден и хочешь пить. Что тебе страшно и больно.
Забыть о том, что ты оказался не на высоте.
Это самое сложное.
Рафаэль закрыл глаза, попытался не думать о боли.
Он вспомнил о матери, и ему удалось заснуть почти мгновенно.
Потому что он так решил.
22:00Патрик вышел из тени и направился к тому, что он называет пристройкой.
Связка ключей в руке, улыбка на губах.
Он открыл первую дверь, двинулся по коридору тяжелым шагом. Чтобы они слышали его приближение. Чтобы страх шел впереди него.
Но когда он вошел в комнату, его пленницы притворились, что спят.
Он ждал этого, они всегда так делают в самом начале. Наивно веря, что он не станет их будить.
Как жертва хищника прикидывается мертвой. Простой рефлекс выживания.
— Ну что, мои сладенькие, я должен поверить, что вы спите?
Он созерцал свои игрушки, которые по-прежнему не шевелились. Они обе повернулись к стене, каждая к своей, но Патрик догадывался о диком ужасе, который сверкал в их глазах. Он почти слышал, как их сердца бились с бешеной скоростью.
