Он в машине один: Матильда отказалась поехать с ним. Они сдали ключи от квартиры, и она вернулась к родителям. Он не может на нее злиться, хотя у него и была безумная надежда, что она бросит все ради него.
Вильям один в машине.
Он плачет всю дорогу.
Потому что он только что потерял свою первую любовь. И учебу тоже.
Потому что он бросил все, чтобы присоединиться к Рафаэлю. Того три месяца назад перевели в Клерво, после того как приговорили к пятнадцати годам.
Клерво. Одна из самых страшных тюрем страны. Одна из самых строгих.
Вильям снял студию в Труа, в ближайшем к тюрьме городе.
Он едет с деньгами, которыми снабдил его Пьер. Порядочная сумма, с ней можно продержаться какое-то время. Найти работу в городе, в котором он никого не знает. В котором нет ничего общего с тем местом, где он родился и вырос.
Но здесь он сможет видеться с Рафаэлем каждую неделю.
Так что он должен быть здесь.
Рафаэль еще даже не знает, что его брат только что бросил все, чтобы быть рядом с ним. В противном случае он его отговорил бы.
"
"Когда он все поймет, он, конечно, будет в ярости. И что?
Слишком поздно сдавать назад.
Рафаэль будет зол. И счастлив тоже, нет никаких сомнений. Но он никогда об этом не скажет.
Ему предстоит отсидеть еще как минимум шесть лет, потому что он только что отмотал четыре года в марсельской тюрьме Бометт.
А шесть лет без Рафаэля — этого Вильям даже представить себе не может.
Сегодня вечером он будет в Труа, в своей новой квартире.
Сегодня вечером он окончательно скажет «прощай» той жизни, которую он едва начал строить.
Глава 56
К тому моменту, как Сандра добралась до указанного места, уже давно наступила ночь.
Сандра насколько сумела поправила прическу, глядя в зеркало заднего вида, не решаясь выйти из машины. Глубоко дыша, она попыталась успокоиться.
Я проехала столько километров не для того, чтобы отказаться.
Впрочем, это не вопрос расстояния. И даже не вопрос денег. У нее нет выбора, она должна выполнить миссию, которую поручил ей дядя.
И, страшно нервничая, она наконец вышла из машины и направилась к белым воротам.
На почтовом ящике она увидела фамилию, ту самую: «Лефевр».
Она позвонила в дверь, стараясь хоть чуточку расслабиться. Всего-то надо сказать, что она приехала от Рафаэля, и все будет хорошо.
Но никто не ответил.
Она посмотрела на часы: уже без пяти девять вечера. Поднявшись на носки, она попыталась разглядеть, не горит ли свет в глубине большой виллы.
Очевидно, здесь никто не жил.
