Я же испустил сладострастный вздох и отправился в купальню, где меня уже поджидала полная лохань горячей воды. Но стоило мне раздеться и окунуться в неё, как в комнате появился улыбающийся бес.
Я недовольно буркнул, глядя на его физиономию:
— Ты опять? Не мог выбрать другой момент? Обязательно чтобы я был в купальне? Я тебя скоро заподозрю в извращённом интересе.
— Экий ты хам. Я пришёл его поздравить с новой пассией, а он мне такое заявляет. Вот не стыдно тебе? — картинно возмутился Димон, усевшись на стул.
— Нет, — честно ответил я. — Да и не пассия она мне.
— Это ты так думаешь, — подмигнул мне бес. — А она-то, может быть, уже выбирает имена вашим детям. Ну, а ежели что, то усыновление — хороший поступок. Вот был бы я человеком, то непременно бы отдал своих детей.
— Много ты понимаешь, — даже не улыбнувшись, буркнул я, намыливая волосы, которые во время приключений превратились в слипшийся от грязи и пота колтун.
— Много. От тебя теперь мало что зависит, словно ты уже вернулся в Россию, — язвительно хрюкнул рогатый, потерев пяточек.
— У меня, знаешь ли, есть поучительная история для тебя. Я однажды всем сердцем любил, доверял ей, а она сдала меня жене.
Я хотел пошутить в ответ, но тут раздался стук в дверь. Ну, прямо дежавю какое-то.
Глава 7
Когда раздался стук, Димон покосился на дверь и исчез, а я зло крикнул:
— Тут занято!
И подумал о том, что если сейчас войдёт Искра, то матрица где-то дала сбой. Но из-за двери раздался томный голос Ланы:
— Это я.
Можно?
— Ага. Сейчас открою, — радостно бросил я, торопливо смыл пенную шапку, выскочил из лохани и отодвинул дверную задвижку.
Девушка вошла и удивлённо округлила глаза, глядя на моё обнажённое тело, с которого стекала вода, собираясь в лужицу на полу.
Я же лихо подкрутил воображаемый ус и проговорил:
— Ты чего так смотришь? Испугалась?
— Нет, — улыбнулась она.
— Хорошо. А то я однажды подошёл к двери голым и напугал соседа. Он больше мне не открывал, — с серьёзным видом пошутил я и через миг понял, что зря состряпал такую рожу.
Девушка приняла всё за чистую монету и теперь с некой опаской смотрела на меня. Пришлось сообщить ей, что это была шутка.
Она тотчас растянула губы в улыбке, а потом с намёком посмотрела на лохань и проронила:
— Я сегодня так напачкалась…
— Милости просим к нашему шалашу, — весело сказал я и забрался в воду."
"— Спасибо, — поблагодарила эльфийка и принялась медленно разоблачаться, словно дразнила меня.
