Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

Вскоре к нему присоединился еще один пулемет, прострочили обломки дома, окопы возле насыпи, и снова установилась тишина.

Работа саперов замерла, бревно так и осталось стоять наискось, уткнувшись нижним концом в дно траншеи. Теперь работы возобновят только с наступлением темноты. Но уходить с позиции Андрей не торопился. После вчерашней оплошности ему хотелось доказать, что опыта у него достаточно.

Матвей Черных с напарником, как правило, после дня «охоты» увеличивали счет сразу на два, а то и на три немца. Чем хуже Ермаков с Быковым? Стреляет Максим неплохо, только от лишней суеты избавиться не может.

В любом случае надо было какое-то время выждать. Оба отползли в глубину разваленного дома и устроились в воронке. Сахар сегодня выдали, хлеб тоже имелся. Перекусили и осторожно, одну на двоих, выкурили самокрутку.

– Андрюха, я от тебя проситься буду, – вдруг объявил Быков. – Чего я, как хвост, за тобой таскаюсь? У тебя уже счет за двадцать убитых фрицев перевалил, а у меня, как числятся семеро, так и остаются.

– Успеешь настреляться, – думая о своем, отозвался Андрей.

– Конечно, тебе орден светит, а я даже медали с тобой в паре не заработаю.

– Ну, хочешь, сегодняшнего фрица на тебя запишем?

– Не надо, я и сам попасть сумею. – Потом добавил без всякой связи: – Ох, и жрать охота.

– Нет у меня никакой невесты, – отмахнулся Максим. – От ворот поворот получил.

– Да, слышали мы об этом.

– Сейчас оглядываюсь назад и думаю, кой черт меня дернул за Наташкой бегать. Она девка красивая, у родителей хозяйство едва не самое крепкое в селе.

А я ростом три вершка, конопатый, рубашки и штаны после старшего брата донашивал. На танцы придешь, девки над заплатанными штанами хихикают. Осенью отца свататься послал, а он вздыхает и говорит: «Выбирай по себе девку». А к отцу Наташки я не пойду. Они, может, и стол накроют, водкой угостят, а согласия все равно не дадут. Вся улица смеяться будет – нищета в люди полезла».

– А сама Наташка? – спросил Андрей.

– Я с ней не разговаривал.

– Макся, ты блаженный какой-то.

С девкой договориться не сумел, думаешь, родители что-то решат?

– Я и насчет медсестры в госпитале наврал, – продолжал каяться Максим. – Ничего там не было. Потанцевал с ней разок, а она харю морщит и в сторону смотрит. Ей бы с лейтенантом познакомиться, а тут я, пехота в тапочках.

Поговорили еще о жизни, Андрей, как мог, успокоил своего неказистого помощника.

– Все нормально будет. Вон, Зойка Кузнецова на тебя косяки бросает, мне аж завидно.