Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)

В штабе Николай Чумак рассказал Андрею последние новости. Пропал без вести Антон Глухов. Бойцы видели, как он отстреливался, потом упал. Погиб или ранен – неизвестно, немцы увезли его с собой.

– Жалко Антоху. Какие ребята гибнут!

Про то, что Глухов не погиб, а мог быть только ранен, оба промолчали. Андрей получил новую снайперскую винтовку и сто патронов.

– Из них десять на пристрелку, а остальные экономь, – предупредил лейтенант. – Теперь боеприпасы большой дефицит. Видел, наверное, как пароход на косе горел.

Баркас в льдину врезался и затонул. А баржа с боеприпасами под обрывом застряла, кое-как вытащили, но плавать уже не будет – борта проломило.

В батальоне никого из снайперов не встретил. Комбат Логунов находился где-то на позициях, а Орлов, бывший командир восьмой роты, выглядел каким-то осунувшимся и усталым. Как всегда, от него попахивало водкой.

– Нашего замполита, Миненко, убили, – как-то по-детски пожаловался он. – Представляешь, шел в седьмую роту, идти всего ничего. Газеты нес, политинформацию собирался прочитать, а тут минометный обстрел.

Ногу оторвало и живот осколками пробило. Стали перевязывать, а он захрипел и там, на месте умер. Хороший дядька.

Не стесняясь Андрея, налил четверть стакана водки, опрокинул, выдохнул и закусил коркой хлеба.

– Значит, без политинформации бойцы остались? – усмехнулся Ермаков. – Как же они воевали после?

– Так и воевали. А ты какой-то зловредный явился. Человека миной разорвало, а ты со своими подковырками.

– Миненко всю войну в блиндажах просидел, языком только работал да брехливые статьи читал.

Чего я его жалеть буду? У меня брата неделю назад убили, шестнадцать лет всего. Под бомбами мосты строил и в блиндажах не отсиживался.

Пришел комбат Логунов, похлопал Андрея по плечу.

– Рассиживаться долго не будем. Обстановка такая, что хуже некуда. С переправой сам видишь, что творится. За ночь четыре судна немцы потопили, в том числе пароход с пополнением и боеприпасами.

– Видел. На косе догорает.

– А мороз жмет.

Сколько судов сегодня прорвется, один бог знает. Немцы это тоже чуют, вчера соседний полк атаковали. Отбили. Сегодня отдыхают. Шевелятся в своей трехэтажке и в блиндажах на берегу. Как бы по нам завтра не ударили. Иди к Палехе, там Быков тебя уже заждался. Никаких походов по немецким тылам, все занимают оборону. Чую, ударят завтра фрицы.

Вернулся, как в родной дом. С Зоей Кузнецовой виделся еще вчера, в санчасти, но она кинулась на шею, будто год назад расстались.