Чистилище. Турист

Скорей всего, вояки стаскивали к себе все ценное, до чего могли дотянуться. А руки у них, судя по всему, оказались длинные и загребущие! Неудивительно, если кому-то из местных это не понравилось; наверное, конфликты возникали не раз и не два. Поэтому наученные горьким опытом вояки и обстреляли с ходу попавшиеся навстречу «Ниву» и «УАЗ». Понятное дело, что боевые действия в черте города привлекли и растревожили мутантов – потому они и бродили толпами по улицам.

Впрочем, это были только домыслы…

Архангельск путешественники покинули изрядно потрепанными.

«Нива» проехала еще километров тридцать – Коля буквально чувствовал, как она умирает: что-то начало греметь, вывалилась разбитая фара, двигатель тянул все хуже и грелся, передачи постоянно выбивало, наконец, одно из колес задымилось, и машина встала, развернувшись на дороге.

Коля выбрался на улицу, обошел легковушку вокруг, качая головой.

– Плохо дело? – участливо спросила Маша, приоткрыв дверь «буханки».

– Да уж ничего хорошего, – вздохнул Коля.

 – Машину придется бросить. Надо быстро все перегрузить к вам, пока мутанты не появились. Или кто похуже. Мезень близко. И крупных городов больше не будет. Если поспешим, то, возможно, уже завтра будем на месте…

Это был слишком оптимистичный прогноз. Проехать оставалось километров триста с приличным гаком, а дорога вряд ли была гладкой. Но Коля не стал зря беспокоить Машу. Ей и без того сегодня досталось – пусть спокойно отдохнет…

В тихую ночь над рекой звук летит далеко. Смех ли на том берегу, стук топора, плеск воды – все слышно.

Люди у костра, видимо, этого не знали. Или просто не хотели скрываться. А может, чувствовали свою силу, ничего не боялись, потому и вели себя так шумно, так вызывающе?

Женька, прячась и посматривая на далекий манящий огонек, хотел спуститься к каменистому берегу, где на привязи стояли моторки. Да вовремя заметил движение: несколько зомбяков, похоже, устроили себе лежбище на холодном каменистом пляже. Пришлось опять идти в обход, стараясь не приближаться к воде.

Хорошо, что на пути вскоре попалась старенькая просмоленная плоскодонка, перевернутая брюхом вверх; она была небольшая и весила относительно мало, так что подтащить ее к реке мог и один человек.

Женька присел, пошарил рукой под лодкой – пальцы наткнулись на весла. Он перевернул неказистое плавсредство, которым, похоже, даже хозяин не дорожил. Затаился на минуту, гадая, не выдал ли себе каким звуком. Потом поволок лодку к воде.