Чистилище. Турист

И в этот самый момент на потолке погасла электрическая лампочка…

Не заметить отключение электричества было невозможно: пропал не только свет, перестала работать вся техника. Капитану Рыбникову, сидящему на диване в комнате отдыха, на миг даже показалось, что он оглох. Степан поставил стакан с водой на столик и встал.

Он знал, что этот момент рано или поздно наступит. Но он надеялся успеть провести хотя бы пару сеансов связи.

В комнате, где остался посыльный, послышалась какая-то возня.

– Чего там у тебя, Василий?.

Тишина давила на уши.

– Рядовой Исаев! – крикнул Степан.

Шум прекратился. Но посыльный не отозвался.

Капитан Рыбников осторожно выглянул из комнаты отдыха.

В зале было темно. Редкий лучик мог пробиться через забитые и закрытые светомаскировкой окна. Где-то здесь на полу валялся топор. Все остальное оружие осталось с Василием.

Капитан мысленно обругал себя и сделал первый шаг в сумрак.

Почему он раньше не замечал, какой здесь скрипучий пол? Неужели из-за постоянного ровного гула работающей аппаратуры?

Половицы скрипнули опять – но уже не под его ногой, а в соседней комнате – там, где остался рядовой Исаев.

И половицы в соседней комнате тут же отозвались эхом.

Глаза привыкли к полумраку, и Степан отыскал взглядом топор. В два прыжка он подскочил к нему, схватил полированную рукоять и замер, не дыша.

Половицы заскрипели – часто и громко.

Капитан Рыбников вскинул топор к плечу, словно бейсбольную биту. Он увидел, как широкая тень заслонила проем и, помедлив секунду, ринулась прямо на него.

Маша с замиранием сердца ждала каждого вдоха. И каждый раз думала, что это последний.

Дети беспокойно спали на разложенных сиденьях, ворочались, постанывали; Анжела всхлипывала, Андрей скрежетал зубами.

За тонкими стенками «буханки» таилась ночь: непроглядная, тихая. Маша была городским жителем, и незнакомые редкие звуки пугали ее. Постоянно чудилось, что в окна кто-то заглядывает. Представлялось, что вокруг машины кто-то бродит.

Она не верила, что Иван выживет. И так же не могла поверить, что он умрет.

До рассвета оставалось всего ничего – летние ночи короткие. Но загустевшее время не шло, а тянулось.

Она пыталась придумать, что делать, если останется одна. Единственное, что приходило в голову, – это искать дорогу домой. Но что ждет дома? Она не знала.

Они сбежали из квартиры рано утром, за три часа до обговоренного времени, и она даже не успела понять, с чего такая спешка.