Чистилище. Турист

– Обещай… Поехать… Обещай! Всех отвези! Детей! Мезень! Слышишь? Мезень!

– Надо быть… Там… Первого…

Иван закашлялся, глаза его закатились, но рука крепко держала плечо брата, не позволяя тому отстраниться.

– Обещаю! – Коля не мог взять в толк, что от него требует умирающий. Из всех слов, что тот пытался произнести, понять можно было только три: «губа», «нос» и неведомая «мезень».

– Первого октября, – вдруг четко произнес Иван. – Будьте там. Ты обещал!

Он обмяк, уронил голову – звук был, будто бильярдный шар упал.

Коля приложил два пальца к его шее – пульса не было. Маша испуганно смотрела то на него, то на мужа. Не верила, что все кончилось.

– Все, – сказал ей Коля.

– Нет, – сердито сказала Анжела. – Папа не умер. Он уснул. Он уже засыпал так же. Ему просто надо отдохнуть, и он проснется!

Дед Саша подозвал к себе Андрея, повел к костру, о чем-то тихо с ним разговаривая. Пятилетний Костя все спал – рядом со своим отцом, на расстоянии вытянутой руки.

– Мама, папа же не умер? – спросила Анжела чуть тише.

 – Скажи!

– Папы больше нет, – ответила Маша, глотая слезы. – Иди на улицу, дочка.

– Нет! Нет! – Девочка ударила ее кулаками. – Это неправда! Зачем ты врешь?!

Костя проснулся, заплакал. Маша подсела к нему, взяла его на руки, обняла изо всех сил.

– Не надо вам здесь быть, – тихо сказал Коля. – Идите к огню. Я все сделаю сам…

Под огромной ветлой он выкопал могилу. Из подобранных сучьев смастерил крепкий крест, вырезал ножом имя и фамилию, дату рождения и сегодняшнее число.

Он вытащил брата из фургона, завернул его в одеяло и, взвалив на плечо, отнес к месту захоронения.

Солнце уже поднялось высоко, когда он позвал остальных. Но никто так и не смог ничего сказать. Наверное, это было неправильно, поэтому Коля высказался за всех:

– Спи спокойно, брат. Пусть земля тебя будет пухом. Ты был нам примером, примером нам и останешься.

Он спустился в неглубокую могилу, уложил там Ивана, закрыл его лицо полотенцем. Дед Саша подал Коле руку, чтобы помочь выбраться. Вся семья встала на краю ямы.

Маша кинула вниз горсть земли и упала на колени – ноги ее уже не держали.

А потом Коля взял лопату.

Он много чего вспомнил, забрасывая землей того, кому всегда немного завидовал и кому во всем старался подражать. Было горько, тоскливо. Разное думалось. Но в какой-то миг в памяти вдруг всплыла непонятная «мезень» – и намертво засела в голове…

На высоком берегу реки они провели целый день. Три раза, забывшись, Костя спрашивал, где папа.