Одновременно с этим была совершена попытка уничтожить архив, правда, за более поздний период — конец семидесятых. Начали проверку, шороху, говорят, по всей Москве было: кто-то развелся, кто-то повесился… В общем, чем там дело кончилось, никому не известно, скандал замяли, оно и понятно, аферы аферами, а дети-то живые, чего им судьбу ломать. Народу уволили до черта, первое время даже с собой шепотом разговаривали, но постепенно все улеглось, забылось, а с приходом нового руководства вроде как никаких новых историй не возникало.
Это, как ты понимаешь, выяснить было несложно, а вот остальную информацию собирали по крупицам. Картина приблизительно следующая. Вчера Наталья Семеновна запросила в архиве сведения с 1 по 11 марта 1971 года, через некоторое время она вызвала к себе некую Анненкову, та — единственная из начальства работает еще с тех времен, и на повышенных тонах с ней объяснялась, после чего направилась в архив сама, пробыла там довольно долго. По возвращении принялась названивать по разным телефонам, в основном бывших сотрудников.
После чего собралась и пошла домой, чем это кончилось, ты знаешь.
— А что за листком ты все время вертишь у меня перед носом?
— Это следующая страница из блокнота, на котором писала последний раз погибшая. У врачей рука сильная, видно все прекрасно, мы только обвели карандашом. На, читай.
""Рожениц — 12
Мальчиков — 8, 7 отр.
Девочек — 5, все отр.
Мертв, м. — 1, полож.
Лунина — двойня м+д — иск!!!
Комсомольский пр-т, д. 19, кв…""
— Что это за абракадабра? — он разочарованно отбросил лист.
— Чего тут понимать? В тот день родилось тринадцать детей. Восемь мальчиков и пять девочек. Семь мальчиков и все девочки отпали по группе крови, единственный ребенок, которой подходил твоим родителям, — мальчик, который умер. Одна женщина, судя по всему эта Лунина, родила двойню — мальчика и девочку, «иск» это, наверное, «искомое». Вот и вся разгадка. Никакой сенсации, — она тяжело вздохнула, засовывая последний блинчик в рот, — одинокая мамаша родила двоих.
Одного-то попробуй воспитать, а тут сразу двое, а у другой умер ребенок, вот и поделилась, может, пожалела ее, а может, себя. Таким образом, все, что произошло вчера — взрыв и машина возле гостиницы, — просто совпадение. Киевский меня убьет. Если только убедить его раскопать старое дело… Хотя кому это сейчас нужно… — В голосе звучала безнадежная обреченность.
Илья молча подошел к плите и принялся варить кофе. Лицо молодого человека было угрюмо и сосредоточенно.
