Выкачает все деньги, и при этом, — женщина выдержала паузу, — никто, слышите, никто не даст вам гарантии, что правда не выплывет наружу. Или того хуже: по завершении операции вас постигнет участь остальных.
Маргарита сидела не двигаясь. В неровном свете наступающих сумерек ее лицо приобрело безжизненный, восковой оттенок. Прекрасные глаза увлажнились, она вскинула голову и быстро заморгала длинными ресницами, сдерживая слезы.
— Я понимаю, но… — Маргарита из последних сил пыталась не расплакаться.
— Я просто не смогу сказать мужу об этом. Вы не представляете, какой он человек. Поймите, — она порывисто обернулась к Даше, — ведь я была уверена, что все наши дети общие. Да, я не испытывала особой любви, когда выходила за Генриха замуж, но, прожив с ним почти тридцать лет, поняла — его нельзя не любить. Это прекрасный, благородный человек… Я не боюсь его гнева, я боюсь его горя, — и поспешно приложила к глазам крошечный платочек.
— Прекрасная речь, принцесса, — Даша достала сигарету, — искренне рада за вас. О своем муже я вряд ли смогу такое сказать. И тем не менее вам все равно придется это сделать — иначе ни смерть, ни ложь не кончатся. К тому же, — она вздохнула, — в это дело посвящено уже слишком много людей. Смиритесь и постарайтесь покончить с этим делом максимально безболезненно.
За дверью послышались приближающиеся звуки шагов и громкие голоса.
Маргарита вздрогнула и побледнела еще сильнее. В номер уже стучали. Даша вопросительно взглянула на собеседницу.
— Может быть, вы и правы, — наконец тихо произнесла Маргарита. Каждое слово давалось ей с невероятным усилием. — Я действительно устала бороться. С собой, с прошлым, с неведомой тенью… Никто не сможет вернуть мне дочь… Но вы правы — убийца должен понести заслуженное наказание. И я сделаю для этого все, что в моих силах.
Последняя фраза прозвучала так жестко и твердо, что Даша невольно вздрогнула — с ней снова была великосветская дама.
— Фрау Быстрова, можете впустить гостей.
Бедная Даша, и без того замученная жизненными невзгодами, от возмущения пошла пятнами. Она даже открыла рот для достойного ответа, как вдруг сидящая в шкафу Соня громко чихнула. Принцесса завела глаза вверх и зашевелила губами, видимо призывая Господа в свидетели этого безобразия.
