Молодая женщина рассмеялась:
— Тоже мне заграница! Я понимаю, если бы мы жили в собственном дворце в Ницце… Сережа, бедный, работает с утра до вечера… Стал бы он так надрываться, если бы его отец крал столько, сколько ему приписывают?
— Еще неизвестно, что он у тебя с утра до вечера делает, — мать скептически улыбнулась. — Ты вместе с ним работаешь?
— От кого я это слышу! — Даша всплеснула руками. — На твоем месте я бы сначала разобралась в собственной личной жизни.
— Это упрек? — Татьяна Леонидовна вспыхнула.
— Не ожидала услышать такое от собственной дочери…
— Нет, конечно, нет, — Даша вздохнула. — Извини. Просто как-то все навалилось… А тут ты еще с радостными известиями. Полагаешь, это действительно серьезно?
— Кто его знает… Но мой тебе совет: смотри на два шага вперед, если есть возможность — откладывай на будущее. И не болтай лишнего по телефону. Да и со знакомыми будь осторожнее.
Молодая женщина покачала головой и улыбнулась:
— Боюсь, что ничего не получится, ты меня воспитала ужасно непрактичной.
Но не переживай — собака лает, ветер носит.
— Дай бог… — мать помолчала. — Ладно, чего раньше времени грустить, отвези лучше меня в город, хочу купить что-нибудь Ксюшке.
— Нет, отсюда вы никуда не поедете. — Даша категорично развела руки в стороны. — Более того, я хочу, чтобы вы немедленно прошли все контроли и оказались по ту сторону границы.
— Это еще почему? — удивилась Татьяна Леонидовна.
— Потому, что здесь много русских бандитов, не хватало, чтобы вас ограбили или еще чего-нибудь.
— Заранее придуманная отговорка возымела свое действие.
Горячо расцеловав дочь на прощание, женщина подхватила вымазанное с ног до головы в мороженом дитя и поспешила к таможенной зоне.
3
Вернувшись домой, Даша первым делом кинулась к шкафчику, где лежали украшения. Ругаясь и нервничая, она перебирала кольца, браслеты, цепочки, кулоны, но тщетно — Семиного медальона не было.
— Проклятье! — пробормотала она, вытаскивая все ящики наружу и вытряхивая содержимое на пол.
Нитки, иголки, бусы и прочая мелочь, хранимая женщинами в шкафах, усеяли пол. Даша, высунув язык, копалась в этом добре, как старатель во время золотой лихорадки, но безуспешно, медальон пропал.
Наконец, осознав бесполезность своего занятия, она бросила поиски и уселась на полу, скрестив ноги. Ксюшкина работа, не иначе. Маленькая негодяйка обожала копаться в маминых коробках, все пробовать, примеривать, наряжать своих кукол и себя.
