Чистосердечное убийство

А может, этот Алексей просто ей нравится? А она ему? Он ведь приехал из Самары в Боброво, чтобы увидеть ее, да? И эти цветы. Они такие красивые!

Мертвая заря

Глава 1

Гуров вышел из машины и тут же сделал глубокий вдох. Воздух здесь был замечательный, пропитанный запахами свежей зелени и воды. Затем он огляделся. Дом стоял на косогоре, полого спускавшемся к реке, до которой было совсем близко, не более ста метров. Слева, за лугом, синел лес. Там стеной стояли колючие ели, между ними нарядно зеленели березы, шелестели на ветру осины.

— Да, хорошо тут у тебя! — сказал он, обращаясь к своему приятелю Глебу Труеву.

— Нравится? — улыбнулся тот. — Вот и мне сразу понравилось. От Москвы, правда, далековато, если работаешь — не наездишься. Но мне теперь каждый день на работу не надо, а летом вообще отпуск, так что могу здесь жить хоть до поздней осени.

— Я не понял, ты дом уже готовый купил или построил? — спросил Гуров, кивнув на аккуратный кирпичный домик с мансардой и пристроенной к нему банькой.

— И так, и этак, — ответил Труев. — Купил у старого хозяина, мужичка, деревянный дом-развалюху с парой сараев, снес все это добро и построил на его месте новый. А тут почти все так делали. Деревенские продавали дома, можно сказать, за бесценок. То есть, по их меркам, это были приличные деньги, а по московским — очень небольшие. Покупать здесь выгодно. Так что, если хочешь, можем и тебе что-нибудь подыскать. Правда, здесь, в Онуфриеве, домов на продажу уже нет, но в соседней деревне, Ефремки, еще остались.

— Нет, спасибо за заботу, но мне не надо, — покачал головой Гуров. — Мне, сам знаешь, на работу надо каждый день, а иногда и каждую ночь — действительно, не наездишься сюда. Вот выйду, как ты, на пенсию, тогда, может, и надумаю здесь поселиться…

— Никогда ты этого не надумаешь, — махнул рукой Труев. — Что я, не знаю тебя? Ты про пенсию только говоришь, а сам, пока ноги ходят и голова думает, так и будешь своих жуликов и убийц ловить.

— Хорошо, пойдем, — согласился Гуров, доставая из багажника свою сумку. — Показывай свое хозяйство.

И они направились к дому.

Внутри, как Гуров и предвидел, все оказалось так же чисто и аккуратно, как и снаружи.