Чистосердечное убийство

— И много здесь таких? — Гуров хмыкнул.

— Не знаю, но про вас легенды рассказывают. Как же, сам Лев Иванович Гуров приехал!

— Слушай, Леша, а чем ты тут занимаешься? Я имею в виду управление.

— Я в хозяйственной службе, — ответил капитан и смутился. — Вот мы и пришли.

Лев Иванович не стал дожидаться, когда услужливый сопровождающий откроет перед ним дверь, и толкнул ее сам. Ему не хотелось оскорблять офицера, делать из него лакея.

Молодой седовласый подполковник — заместитель по оперативной работе — выглядел так, как ему и было положено: сухощавым, усталым, недовольным и не особенно выспавшимся.

Это Гурову понравилось, потому что соответствовало профилю работы и образу человека, выполняющего ее.

Подполковник Рогозин, как это следовало из надписи на табличке, прикрепленной к двери, вышел из-за стола и протянул руку представителю главка.

— Рад вашему приезду, Лев Иванович, — чуть улыбнувшись, произнес он. — Прошу присаживаться.

— А чего это вы рады? — ворчливо удивился Гуров. — Радуются приезду проверяющих лишь мазохисты и…

— А вы не помните меня, — констатировал Рогозин, снова улыбнувшись одними уголками губ.

 — Я тогда еще старшим лейтенантом был, а вы — важняком в МУРе. Просто у вас, Лев Иванович, есть чему поучиться. Совершенно неважно, в каком именно качестве вы приехали к нам.

— Да? — удивился Гуров. — Тогда ладно, радуйтесь. А теперь давайте к делу. Проверка будет проходить выборочно. Я хотел бы первым делом посетить одно из самых слабых ваших районных управлений — Бобровское.

Когда закончу там, поговорим и о работе областной структуры.

— Как скажете.

— Машину за мной закрепите эту, которая меня и привезла сюда?

— У вас есть принципиальные возражения против этого водителя? — насторожился Рогозин.

— А если непринципиальные? — Гуров тут же вскинул брови, но увидел, как поморщился полковник, и махнул рукой. — Нет, возражений не имею. Нормальный парень этот ваш Михаил. И еще, если позволите. Мне нужен будет помощник, своего рода офицер для особых поручений.

Не за сигаретами, конечно, бегать, а для того, чтобы оградить меня от всяких местных проблем, быть проводником. Если вы не против, то я возьму вот Алексея. — Гуров хлопнул встревожившегося капитана по плечу и выразительно взглянул на полковника.

Рогозин некоторое время смотрел на Гурова с недоумением, потом пожал плечами и заявил:"

"— Дело ваше, конечно. Только Седов не оперативник. Он вряд ли сможет оказать вам помощь в работе.