Чистый углерод. Алмазный спецназ - 2

Судя по наличествовавшим здесь же россыпям гильз и трупам, машины не поджигали специально — атаковали и с этой стороны, и они загорелись в конце концов. То-то в партитуре боя, которую он читал, как книгу на знакомом языке, послышалось несколько непонятных громких хлопков — безусловно взрывы, но не сочетавшиеся ни с одним известным ему боеприпасом. Бензобаки, конечно. Что же, не смертельно…

Он взял сумку и повернулся. Полицаи, таращась на него преданными собачьими взглядами, пытались тянуться в струнку.

Работало одно из африканских понятий: если персонаж в штатском орет на людей в погонах, значит, имеет право. Стой и не возникай, а то хуже будет…

— Где начальник полиции? — рявкнул Мазур.

— Звонили кому-нибудь?

— Никак нет… Эти телефонные провода порезали, а рации у нас нету, только у жандармов была…

Мазур вдруг почувствовал тягостную усталость, опустошенность. Нечего больше здесь делать. В конце концов, это совершенно не его война, и задание у него, другое, требующее на мягких лапках пройти стороной, ни во что не вмешиваясь, и войну начинать исключительно в целях самозащиты — правда, тут уж можно не стесняться в выборе средств, и гуманизмом не маяться…

— Осмелюсь обратиться… — вякнул один из полицаев.

 — Будут ли распоряжения?

Мысленно Мазур был уже далеко отсюда.

— Поглядывайте тут пока, — буркнул он.

Вообще-то, придя сюда, да вдобавок перекинувшись парой слов с полицаями, он оставил, выражаясь языком профессионалов, знак. Знаком может быть что угодно — от сломанной ветки до такой вот короткой беседы.

Однако вряд ли эти дуболомы будут в состоянии его точно описать — и потом, он уже оставил в Лубебо немало других знаков — и немало людей здесь как раз смогут его описать. Как сказал бы боцман Сабодаш — если уже словил триппер, количество следующих фрикций не имеет значения… Всегда умели флотские люди в похабной форме выражать нешуточную исконно-посконную мудрость…

Мазур двинулся прямо на толпу, и она торопливо раздалась.

К ней со всех сторон стекались обыватели. Высмотрев подходящую физиономию — испитую, но смышленую — Мазур придержал его за грязный локоть:

— Знаешь, где гараж Лысого Масабы?

И протянул ему сигарету. В общении с африканцами есть свои тонкости. Фамильярничать с ними ни за что не следует — уважать перестанут, а вот мелочи вроде сигареты способствуют установлению контакта (а иногда, наоборот, как только что с полицаями, полезнее орать по-фельдфебельски).