Чижик - пыжик

— Что такое? — спросил он Веретельникова, но глядя на меня.

— Да вот, визитер непрошеный.

— Ты — Барин? — опознал меня прибежавший.

— Угадал, — ответил я. Оказывается, я очень популярная личность в городе, первые встречные узнают.

Он махнул Веретеле и тот нехотя открыл дверь. Вдвоем поднялись молча по лестнице, прошли по коридору. Слева и справа было по две двери, еще одна — прямо, в конце коридора. За первой левой кто-то кричал, наверное, в телефонную трубку:

— Без предоплаты не дадим!

Мой сопровождающий приоткрыл дверь в конце коридора, просунул голову и сказал:

— Алик, тут пришел… — он оглянулся, решая, как меня назвать, — …рэкетир Барин.

Уважают. Бандит, убийца — это что-то грязное, отталкивающее, а рэкетир, киллер — романтика, герой.

В кабинете за столом сидел мой ровесник. Я плохо помнил его отца, но кажется, сын не похож на него. Он подобрался и расправил плечи, стараясь самому себе казаться смелее. Вот только слюну не надо сглатывать, ведь во рту пересохло.

— Присаживайтесь, — указал он на стул напротив.

Я развернул стул так, чтобы сидеть полубоком к Алику Варваринову. Мой сопровождающий, сложив руки на груди, переминался у двери: хоть я и безоружный, но все-таки рэкетир, можно ожидать чего угодно. Я насмешливо улыбнулся.

Как и ожидал, это задело Варваринова.

— Иди, — отпустил он подчиненного и, когда тот вышел, заявил: — Платить не буду.

— Не плати. Тебя и твою фирму не тронут.

Он ожидал чего угодно, только не этого.

— Это почему? — не без обиды поинтересовался он.

— Видишь ли, когда-то давным-давно наши с тобой отцы учились в одном классе. Потом мой старик помог твоему перебраться сюда из Средней Азии. Еще через несколько лет твой старик вернул долг — спас меня от смерти. Теперь я возвращаю долг.

— Мне ничего от тебя не надо, — попытался он отбрыкнуться.

— Поэтому и не надо, — улыбнулся я. — Трудись спокойно, тебя не трогали и трогать не будут.

Как он ни пытался казаться спокойным, а морда прямо засветилась от радости.

Дав ему время размякнуть, я сказал:

— Только цены не надо снижать, торгуй, как все.

— Я сам буду решать, снижать или нет, — попробовал он похорохориться.

— Вот и реши не снижать. Не жадничай, всем хватит.

— Да я не жадничаю! Это как в бою — кто кого!

Ну да, хуйня война, главное — маневры!

— Мы ведь по объему продаж первые в городе. — Он понял, что загнул, опустился чуть ниже. — Ну, вторые.