Чижик - пыжик

Выигранного хватало и на кабаки, и на блядей. Постепенно ручеек обмелел, и мы с Вэкой решили поставить хату. Продулся нам один щенок, три косых висело у него на гриве. Он вместо башлей притащил ключ от теткиной квартиры.

Как-то днем, когда тетка была на работе, зашли мы в гости. Суетился я, как в первый раз на бабе, хватал все подряд. Зато Вэка работал с чувством, с толком, с расстановкой. Он до меня уже успел поставить пару хат. Упаковал он все ценное в два чемодана и сумку, и мы отвезли добычу к нему домой на попутке.

Самое ходовое он в тот же день сплавил барыге. Остальное вернулось к хозяйке.

Мусора не дураки оказались. Видят, что хату не взламывали, дернули племянника, придавили — он и раскололся. У меня ничего не нашли, моих следов на хате не было и Вэка все брал на себя, но все равно мне всунули трешку. Кореш получил пятерик, племянник — два.

Я ехал по вечернему городу и смотрел на быдло, томящееся на остановках. Машина — это другое видение мира, другой образ жизни. В первую очередь это свобода.

Когда едешь в натрамбованном скотовозе, скотом себя и ощущаешь. Поэтому коммунисты так мало машин выпускали и так усердно развивали общественный транспорт. Наступает капитализм — и тачек стало больше. Машиноряды в основном пополнились подержанными иномарками. Я подрезаю «бээмвуху», готовую рассыпаться на ходу, отрываюсь от нее. Старая развалина быстро догоняет меня, пытается обставить. Уху ели или так охуели?! Я начинаю гулять по дороге, не давая себя опередить. «Бээмвуха» дергается минут десять, а на перекрестке уходит вправо. Счастливого пути, пизда в ландышах!

И мне удача не помешает. Ехать мне всего-ничего — три дня лесом, а потом — рукой подать, и все по темному. С одной стороны на ночной дороге меньше машин и гаишников, с другой — встречные слепят, на какое-то время теряешь контроль над ситуацией, чего я очень не люблю. Наверное, поэтому и редко напиваюсь. Путь мой лежит к границе области, где посреди чистого поля стоит огороженная высоченным забором с колючей проволокой и вышками зона строгого режима.

Делали на ней запчасти к грузовикам и картонные коробки черт знает для чего. Над рабочей зоной постоянно стояло облако черного дыма. Матушка, когда первый раз приехала на свиданку, решила, что у нас пожар. Я отдыхал на этой зоне дважды — считай, дом родной.

Добрался до нее около часа ночи. Машину оставил в лесополосе, последний километр одолел на полусогнутых. От красноперых всего можно ожидать.