Чижик - пыжик

Чувственная интуиция присуща всем, просто у баб она лучше развита в виду отсутствия мозгов. Да и жизнь у них блядская, все время приходится под кого-нибудь подстраиваться. Едешь в автобусе-троллейбусе, раздеваешь мысленно симпатичную бабенку, развлекаешься с ней, как хочешь, — и она ловит кайф с тобой, хотя виду не подает. Главное — мыслить образно, яркими картинками. Бабы паразитируют на мужике во всем, в том числе и на его фантазиях и чувствах. Страшно тебе — и она испугалась, тошно стало — и она рыгать приготовилась, поебаться захотел — и у нее из пизды закапало.

Но на словах и на деле может поступать прямо противоположно, потому что в сексе проигрывает тот, кто начинает и кончает.

Я мысленно прижал медсестру к своему горячему и мускулистому телу и поцеловал в губы. Именно в губы, потому что эти дуры считают, что туда целуют только любимую. Получается, что иногда я влюблялся по несколько раз на день. Валя легонько подалась вперед тазом, как бы подчиняясь моим рукам.

— Давай вернемся? — предложил я.

— Мне надо… обед скоро… — пролепетала она, пряча налитые похотью глаза.

— Ну, ладно, пусть течет, — сказал я и медленно слизал солоноватую кровь с холодной руки.

И Валя как бы приложилась язычком к ранке и совсем обмякла.

— Пойдем, — выдохнула она и зашагала назад, в керосинку.

Белый халат на ней был туго перепоясанным, отчего жопа казалась шире и круче. Ягодицы покачивались и как бы подпрыгивали. Никакой пидор, при всем желании, не способен на такое.

И запах бабы — густой, пьянящий, который тянулся за ней, словно вторая тень, — как я по нему соскучился!

В теплом кабинете, пропахшем спиртом и валерьянкой, она подошла к большому стеклянному шкафу, открыла скрипучую дверцу и зашарила рукой по полке с пузырьками. Уверен, что ничего не видела. Шея ее напряглась, будто я тянул сзади за волосы, а она сопротивлялась. За что тянуть — за тоненькую прядку, выбившуюся из-под белой шапочки?!

Я сильно рисковал, потому что лепилы на особом положении.

Пожалуйся она, зеки опустили бы, а мусора подкинули хорошим пиздюлей и надолго закрыли в бур. Подойдя к Вале сзади, я положил руки ей на плечи и нежно, как неизбалованный любовник, поцеловал в шею. Валя всхлипнула, уронила пузырек, который наполнил кабинет острым запахом аниса. Дальше все было настолько быстро, что я удивился, как остались целы пуговицы на халате. Наверное, расстегнула их, пока шла к кабинету, или когда рылась в шкафу.