Что я без тебя…

По ее лицу бежали слезы, и оно было таким бледным, что на его фоне серебристые глаза казались темными. Девушка сидела на самом краешке софы, не то собираясь вскочить, не то в обмороке свалиться на пол. – Что случилось?

– Ко… ко мне… вернулась память, – задыхаясь, ответила Шерри. – Я… я обманщица. Все… обманщики! Чариз была помолвлена с Берлтоном. По… почему Стивен при… притворялся? Нет, это я притворялась…

– Помолчите, – почти приказал Ники, налил в стакан изрядную порцию бренди и протянул его Шерри. – Выпейте. Все до капельки, – сказал он, когда девушка, сделав глоток, поперхнулась и хотела поставить стакан.

 – Сразу придете в себя, – уговаривал ее Дю Вилль. «Видимо, она вспомнила, что никогда не была помолвлена со Стивеном Уэстморлендом, и у нее началась истерика», – предположил Николас.

И после всего Дю Вилль еще о ней беспокоится, подумала Шерри, взглянув на него как на сумасшедшего, и стала пить бренди большими глотками, все время кашляя.

– Помолчите несколько минут, – сказал Ники, когда она попыталась снова заговорить, и Шерри покорно умолкла, уставившись на свои ладони и чувствуя, как крепкий напиток горячей волной разлился по телу.

Слишком много всего свалилось на Шерри. Возвращение памяти, Чариз Ланкастер с ее ужасными обвинениями. Она в отчаянии убежала из дома и чуть ли не час бродила по улицам, придумывая, как убедить Стивена в том, что она не обманщица, что она любит его и он не должен слушать эту Чариз. И тут ее осенило: женихом Чариз Ланкастер был Берлтон, а не Стивен Уэстморленд. От такого открытия голова у Шерри пошла кругом.

В общем, вся эта история была похожа на шараду, в которой каждый играл свою роль. Потом она сидела в парке, и проносившиеся в мозгу воспоминания и видения едва не свели ее с ума. Но сейчас она хотела знать, зачем ее так чудовищно обманули, и под действием бренди готова была принять любое объяснение.

– Я пошлю за Лэнгфордом, – сказал Ники, заметив, что щеки ее порозовели.

– Нет! Нет! Не надо! – взмолилась Шерри.

По ее голосу Дю Вилль понял, что она близка к истерике, сел напротив и ласково произнес:

– Договорились.

Без вашего согласия я не выйду из этой комнаты.

– Сейчас я все объясню, – сказала Шерри, призвав на помощь всю свою выдержку, но тут же передумала, решив, что вряд ли ей еще представится случай получить честные ответы на свои вопросы, чтобы не блуждать больше по этому лабиринту лжи, прежде чем она расскажет о себе. – Впрочем, нет, сначала объясните вы, – очень вежливо попросила она.