Около него стоял Питер, повернувшись к гостям спиной, и спина эта, напряженная и выразительная, была столь нехарактерной для него. Его мать наконец могла бы им гордиться, настолько впечатляющей была его поза с физической и эмоциональной точки зрения.
— Кому что, заказывайте.
Питер сыпал рублеными словами, обращаясь к полкам на стене. За его спиной гости обменялись недоумевающими взглядами, чего он, понятно, видеть не мог. Габри смахнул остатки пирожного с прически Клары и многозначительно кивнул в сторону Питера.
Клара пожала плечами и моментально осознала, что только что совершила предательство. Одним небрежным движением она дистанцировалась от его непонятного поведения, и это при том, что сама стала его причиной. Как раз перед тем как начали собираться гости, она рассказала Питеру о своем приключении с Гамашем. Оживленная и взволнованная, она тараторила без умолку, описывая свои злоключения с коробкой, хождение по лесу и восхитительный подъем по лестнице в засидку. И за этим безудержным валом слов и впечатлений не сразу заметила, что он ведет себя непривычно тихо.
Она не замечала его молчания, того, что он отдалился от нее, пока не стало слишком поздно и он не укрылся на своем неприступном ледовом острове. Она ненавидела это место. Он стоял там и взирал на нее, роняя ядовитые, саркастические замечания:
— Так ты со своим героем раскрыла тайну гибели Джейн?
— Я думала, ты будешь доволен, — промямлила она, что было ложью. На самом деле даже мысль об этом не приходила ей в голову, в противном случае она смогла бы предвидеть его реакцию.
Но поскольку он благополучно пребывал на своем острове Инук, она почла за лучшее последовать его примеру и укрыться на собственном клочке земли, пылая праведным негодованием и черпая силы в своей несомненной моральной правоте. Она подбросила в огонь дров, на которых значилось «Я права, ты бесчувственный негодяй», и самонадеянно сочла себя в безопасности.
— Почему ты ничего не сказала мне? — спросил он. — Почему не попросила меня пойти с тобой?
Вот оно.
Такой простой вопрос. Питер всегда обладал способностью проникать в самую суть, отбрасывая словесную шелуху. К несчастью, сегодня эта шелуха явилась плодом ее творчества. Он задал тот единственный вопрос, о котором ей было страшно даже подумать и который она страшилась задать самой себе. В самом деле, почему она так поступила? Внезапно ее убежище, ее остров, так горделиво возвышавшийся над бурными водами, пошел ко дну.
