Что такое не везет, или Приемы самообороны[СИ]

Вот, идиот! Типа, сам не понял!

— Это что-то меняет? — спокойно спросила она.

— Нет, просто мое психическое здоровье теперь под угрозой, — совершенно серьезно сказал я.

Принялся вновь целовать ее губы, поглаживая грудь сквозь ткань лифчика.

— Сними уже его, сам не могу, — попросил я. Увидев ничем не прикрытую грудь, опять застонал, — Какая же ты у меня красивая!

Она посмотрела в мои глаза. Все мысли улетели от одного ее взгляда. Как будто в душу посмотрела. Я чуть нажал на ее спину, придерживая за попку. Осторожно качнул бедрами, она выгнулась.

Я не переставая ласкал ее грудь. Она извивалась, запрокинув голову. Перевернув ее на спину, вновь оказавшись сверху, глубже проник, одновременно впившись в губы поцелуем, глотая ее стон. Замерев, постарался успокоиться. Сердце стучало, пульс бил в висках так, что в глазах темнело. Почувствовал, как нежные пальчики коснулись моих губ, скользнули по закрытым глазам.

— Все в порядке, — тихо сказала она. Открыв глаза, я недоверчиво уставился на нее. Это она меня утешает? Я впился в ее губы, начиная медленно двигаться внутри нее.

Ее дыхание сбилось, руки вцепились в плечи, ногти царапали спину и предплечья. Ее тело извивалось подо мной, доводя до исступления. Помимо воли мои толчки стали более резкими. Я пообещал себе, что этот раз будет для нее. Но, черт, как же трудно сдерживаться! Я опять перекатился на спину. Придерживая ее, позволил ей самой двигаться. Она удивленно распахнула глаза, я улыбнулся. Да, девочка, моя, а как ты думала? Резко входя в нее, одновременно ласкал клитор пальцем. Блин, уже не могу терпеть. Почувствовал, как она резко сокращается, крепко обхватив меня. Такой желанный шелковый плен. Глубоко зарычав, снова перекатился, несколько резких толчков, и мелкая дрожь сотрясла все мое тело. Презерватив! Как я мог забыть! И следующая мысль: А пофиг! Когда так хорошо, ни о чем не хочется думать! Я крепко прижал Улю к себе, зарывшись лицом в ее волосы. Довольно улыбнулся. Мог бы вечность так пролежать, судя по всему, она тоже, потому что шевелиться и не думала.

— Если я скажу, что это был самый умопомрачительный секс в моей жизни, поверишь?

— Поверю, если скажешь, что это было самое умопомрачительное занятие любовью в твоей жизни, — сонно пробурчала она, удобнее устраиваясь на моей груди, и уже проваливаясь в сон, добавила, — Я так хотела, чтобы ты стал мои первым мужчиной.

Я крепче прижал ее к себе.

— Чудо ты мое чудесное! — тихо прошептал я в ответ, закрывая глаза и засыпая.