Что-то между нами

ГЛАВА 11

ГЛАВА 11

– Роберт Константинович, к вам тут…

– Ой, как все строго, совсем ты здесь всех, Воинов, загонял.

Раздраженно отбрасываю телефон и поворачиваюсь лицом к непрошенным гостям.

– Тома? Чем обязан?

Секретарша неуверенно замирает у двери, не зная, что ей делать дальше. Начальник у нее один. Я. А я сказал никого ко мне не впускать.

– Что, я не могу зайти к мужу? – мягко улыбается Тамара.

Учитывая обстоятельства? Хм… Бросаю взгляд на массивный циферблат часов.

– Ты выбрала не лучшее время, – ворчу, – Тань, все нормально.

– Отпускаю секретаря.

– Кофе не ждать? – глядит ей вслед Тома.

– Таня сейчас загружена делами поважнее. Да и я, как уже сказал, тоже. Давай ближе к делу, Том.

Непривычно наблюдать Тамару такой взволнованной. Не знай я ее добрых два десятка лет, списал бы ее поведение на недавний инцидент. Но зная, трудно поверить, что такая незначительная мелочь настолько ее проняла.

– Нам нужно поговорить, Роберт. Так не может продолжаться. Ты не ночевал дома и…

– Я часто не ночую дома, – закатываю глаза.

– Вот именно. Это, согласись, ненормально.

– Не слышал, чтобы ты сильно возражала по этому поводу раньше.

Я выбираюсь из кресла. Обхожу стол и, сложив на груди руки, опускаюсь задницей на столешницу."

"– И была дурой! – на глазах у Тамары совершенно неожиданно выступают слезы. Она прикладывает кончики пальцев к векам и делает несколько глубоких вдохов. Знает, что я терпеть не могу истерик. – Думала, отомщу тебе – станет легче. А надо было не мстить, а пытаться выяснить, что не так, пока была возможность все исправить.

Мы же семья, Роб. Ты родной мне человек. Как мы позволили случиться тому, что случилось? Как мы к этому пришли? Почему отдалились?

Не знаю. Как-то оно само пошло вкривь и вкось. Мы с Томкой изначально были очень разными. А с появлением бабла она к тому же сильно изменилась. И стала предпринимать отчаянные попытки изменить меня. С ней я не чувствовал себя так, как должен чувствовать мужчина, находясь со своей женщиной. У Томки ко мне появился целый ворох претензий.

То я не так оделся, то не то сказал, то не так ее трахнул. Мне же закономерно хотелось, чтобы меня принимали со всеми моими несовершенствами. Потому что мне, мать его, было чем гордиться. Я сам себя сделал, я таких высот достиг… И теперь мне хотелось от нее банального признания. И все. Ничего больше. Чтобы я хоть рядом с женой мог расслабиться. Не играть, не думать, не взвешивать, как поступить, хотя бы в койке, да, со своей бабой.