Что-то между нами

– Ты, что ли, банк ограбила?

– Да нет. Не пришлось. А ты здесь какими судьбами?

– Работаю, – морщится. – Грузчиком во-о-он в том супермаркете. Бывала бы дома почаще – так знала бы, как у папки дела.

Он мне такой же папка, как еж – носорогу. Но и мать, и сам Арсен по особенным случаям предпочитают звать его именно так. Интересно, что такого случилось, что он опять мне в глаза с этим «папкой» лезет?

– Вы сами меня выгнали, если помнишь.

Ага. Как раз в тот день, когда меня сбила дочурка Воинова."

"– Так то когда было? Ну, ты и злопамятная деваха, Милька! Разве можно-то с родителями так? Я ж тебя с четырех лет воспитывал.

– Да уж подороже, чем если бы под одного из твоих собутыльников легла, можешь не сомневаться, – цежу я, сбрасывая его клешню.

– А визжишь чего? Я тебе, что, претензии предъявляю? Нет. Поднялась – и хорошо. Плохо, что о родителях забыла. Мы для нее, значит, все, а она, как только денежки появились, нос стала от родни воротить, так получается?

– Я тебе ничего не должна.

– Ишь, как запела! Ишь… возомнила! А с чего вдруг? Блядина ты обычная, Милька. Даст пинка под зад твой хмырь, к кому прибежишь?

– Не к тебе, не беспокойся.

Я как раз без особого успеха пытаюсь освободиться, когда к нам подходит высокий плечистый мужчина.

– Мужик, руки от девочки убрал.

– А ты кто такой, чтобы мне указывать? Я с дочкой говорю! – пыжится Арсен, но в его глазах мелькает страх. Арсен – обычный трус. Все, на что его хватает – это третировать более слабых, но он тут же пасует при встрече с достойным противником.

– Это ваш отец? – оборачивается ко мне мужчина, недоверчиво вздернув бровь. Ну, еще бы. Я – белокожая рыжая, Арсен – стопроцентный кавказец.

– Нет.

– Пойдемте, я вас провожу.

На этот раз, когда я дергаю рукой, Арсен послушно разжимает пальцы. Говорю же – трус он, как есть. Отходим с незнакомцем на безопасное расстояние. Странно… И страшно, если так разобраться, что с незнакомыми людьми я себя всегда чувствовала гораздо в большей безопасности, чем с родными.

– Спасибо вам, – замечаю смущенно, когда мы спускаемся на первый этаж, – Какой-то неадекватный.

– Да не за что. Вам теперь куда?

– А что? – пугаюсь.

– Да ничего.