– Желаете что-нибудь к кофе?
Просто не приемная, а кофейня. Марьяна покосилась на стоящую на столике вазу с россыпью серебристых и золотистых шариков.
– Спасибо, я угощусь конфетой, – Марьяна взяла золотистый шарик, развернула и отправила в рот. И шоколад высшего качества! – Скажите, Герман Гергардович скоро освободится?
– Германа Гергардовича еще нет в офисе. Он на деловой встрече.
– Но мне назначено!
– Он скоро приедет, – все так же ровно отозвалась секретарша.
А вот это уже, Герман Гергардович, не соответствует высоким принципам организации вашего офиса! Или с журналистами можно не церемониться?! Куда они денутся, дождутся, так? Марьяна пила кофе, уже не чувствуя его бодрящей терпкости, и медленно закипала.
***
Господин Тамм явился с опозданием на сорок минут. За это время Марьяна успела вскипеть минимум трижды. Но решила уже из принципа дождаться дражайшего Германа Гергардовича. И показать ему, что «Не церемониться с журналистами» – это в корне неправильная концепция.
Он вошел в собственную приемную стремительно.
Не торопливо, не быстро, а именно стремительно. И это явление так ошеломило Марьяну, что она даже про свою злость забыла.
Тамм был с бородой. «А ты такой мужчина с бородой…» – совершенно некстати зазвучало в голове. Почему все последние фото Тамма были с абсолютно гладким лицом?! Или это Марьяна не потрудилась порыться в его снимках? Не может быть, чтобы там – Там-м-м-м – не было ни одного снимка, отражающего его теперешний внешний вид. Минус один балл за недостаточную подготовку, Марьяна Левандовская!
Надо сказать, что борода господину Тамму шла.
Что при нынешней массовой моде на бороды – уже и редкость. Растительность на лице повально отращивали все мужчины, но у многих росла не борода, а, по меткому выражению Татьяны, «трипперная лисичка». Почему лисичка и почему трипперная – этого даже сама Татьяна объяснить не могла. Но слово отражало очень точно суть: корявую и плешивую растительность на части мужских лиц, которую можно было назвать только так – трипперная лисичка.
У Германа Тамма на лице была настоящая красивая мужская борода – темно-русая, гладкая, ухоженная. А сам господин Тамм оказался довольно высоким, широкоплечим, поджарым, без малейшего намека на пузцо.
Он стремительно прошел к двери кабинета, на ходу бросив секретарю:
– Кофе.
Так. Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! Как будто Марьяны тут вовсе нет.
– Добрый день, Герман Гергардович.
Он так же стремительно обернулся уже от двери в свой кабинет.
