Вчерашний безупречный костюм измялся. Пиджак остался в спальне, но и рубашка, вчера идеально отутюженная, сегодня выглядела отнюдь не безупречно.
К тому же, Герман закатал рукава до локтей, обнажив красивые предплечья с массивным браслетом часов на одной руке. Галстук, скорее всего, остался где-то в кармане пиджака. И волосы на голове взъерошены.
Совсем не вчерашний идеальный Герман Тамм.
Но совершенно роскошный. И такой… необходимый.
– Марьяна, я с тобой хотел кое-что обсудить до отъезда.
– Да, – она моргнула, выплывая из своих мечтательных наблюдений.
Сделала глоток кофе. Остыл.
– Дело в том, что… – Герман говорил в своей обычной манере – спокойно. Но Марьяна вдруг поняла, что он очень тщательно подбирает слова. И почему-то не смотрит на нее. И тут же внутренне подобралась. А Герман, словно через внутреннее усилие продолжил: – Мы с тобой сегодня ночью… и так же вот сейчас, в ванной…
Он замолчал. Но Марьяна уже поняла, о чем он говорит. И вся мечтательность куда-то делась.
Что же. У нее есть ответы.
Но она решила не отвечать сразу, взять паузу. А Герман все же повернул голову и посмотрел ей в глаза. Но Марьяна не смогла расшифровать его взгляд.
– У нас был незащищенный секс. Дважды. Это моя вина, но… но последствия могут коснуться нас обоих.
Это разговор двух взрослых умных людей, которые чуточку потеряли голову. И нечего тут. Выключи внутреннюю дурочку, Марьяна. Герман прав. И он знает, что такое ответственность.
– Хорошо, давай поговорим про последствия, – Марьяна залпом выпила остывший кофе и встала.
– Сварю-ка еще. Я совершенно здорова, и заразить тебя какой-либо болезнью, передающейся половым путем, я не могла. Если не веришь на слово – могу сдать анализы и предоставить справку. Думаю, ты можешь сказать про себя то же самое.
– Марьяна! – сзади раздался скрип ножек стула по полу, потом на ее плечи легли мужские ладони. – Я даже не сомневался, и никаких… Какие к черту справки! Я имел в виду… другие последствия.
Она продолжала делать вид, что занята. Вставила капсулу, нажала кнопку на кофемашине.
И только потом заговорила."
"– Герман, давай откровенно. Мне сорок. Да-да, сорок! – Марьяна повела плечами, но он руки не убрал. – Впрочем, ты это и так наверняка знаешь. Тебе сорок шесть. Какие шансы, что мы можем… Что я могу забеременеть?
– Они есть, – негромко отозвался он. – И ты это знаешь.
– Их нет. Я принимаю гормональные противозачаточные средства.
Его вздох облегчения почему-то больно уколол. Слишком больно.
