У Марьяны с Юсей и в самом деле сложились прекрасные отношения – но совсем иные, нежели с Екатериной Марковной. Юся была младше Марьяны на восемь лет, и их отношения можно было, наверное, назвать дружескими. И, несмотря на то, что Юся была младше, в их взаимоотношениях главной была именно Юся. Потому что она врач. И потому что все те авансы, которые выдавала ей Екатерина Марковна, оказалась выданными совершенно не зря. На глазах у Марьяны Юся стремительно выросла из начинающего врача в специалиста с репутацией, которая шла впереди нее.
У Юси за глаза была кличка «Аистовна». Потому что у нее беременели. Массово. Все. Даже те, кто потерял всякую надежду.
И даже Марьяна, которой это совершенно не надо и вообще уже поздно!
– И о чем я только думала, наблюдаясь у врача, которого за глаза зовут «Аистовна», – проворчала Марьяна.
– Конечно, конечно! – Юся снова села на свое место за стол. Вид у нее был благостно-сияющий, даже румянец на обычно бледных щеках появился. – Вали все на меня! Конечно, это я виновата.
То есть, ты имела незащищенный сексуальный контакт с мужчиной, он вылил в тебя свою сперму, а причина беременности, несомненно, я! Ну и еще Балтазар! – врач ткнула пальцем в стоящего на углу стола фарфорового аиста. По какой причине эта фигурка была наречена Балтазаром, Марьяна не знала. А Юся погрозила фарфоровому аисту пальцем. – Ай-ай-ай, Балтазар, как тебе не стыдно, смотри, что ты натворил! – и тут Юся снова бессердечно расхохоталась.
– Юся, мне сорок… – простонала Марьяна.
– Зато счастливому отцу, наверное, раза в два меньше, – беспечно пожала Юся плечами в белом халате.
Марьяна даже закашлялась.
– С чего ты взяла?! – прохрипела она.
Юся встала, налила из кулера воды и протянула стаканчик Марьяне.
– У женщин в нашем элегантном возрасте, – Марьяна фыркнула, а Юся упрямо продолжила: – Женщине в нашем элегантном возрасте проще всего забеременеть от молодого самца. Знаешь, такие, лет двадцать от силы, у которых не сперма, а кипящая лава. Все сметает на своем пути, у бедной матки и яичников просто нет шанса.
Ну, признавайся, соблазнила какого-то мальчика?
Марьяна со вздохом смяла пустой стаканчик.
– Ему сорок шесть.
– Охренеть, – кажется, у Марьяны впервые получилось удивить Юсю. Более того, такого искреннего изумления Марьяна на лице своего врача отродясь не видела. Юся откинулась на стуле и нацелила палец на Марьяну. – То есть, это тебе вот этот твой сорокашестилетний таких засосов на шее наставил?
Марьяна неосознанно коснулась шеи.
