С ним в эти игры играть бесполезно.
– Он сказал, что если мне так нужно для издания это интервью, то он даст его только мне. Я, конечно, могу сам сделать этот материал, и даже не против, но... Марьяна, что у вас произошло?
– А что он сказал? – только и смогла повторить свой вопрос Марьяна.
– Ничего, кроме того, что я уже озвучил, – немного раздраженно отозвался Тимур. – Ну, и еще добавил, что с тобой он больше разговаривать не будет ни при каких обстоятельствах. Причин не пояснил.
Ах, ты ж цаца какая обидчивая! Еще и ябеда.
Марьяна чувствовала, как в ней вскипают гнев и кофе.
– Марьяш… Хочешь конфетку? – Марьяна обожгла шефа взглядом, уничтожающим все правила субординации, а Тимур поспешно уточнил: – Она с коньяком!
Марьяна шумно выдохнула.
– Тимур… Тимур Робертович…
– Так, если я Робертович, значит – не жди ничего хорошего.
– Тимур, дай мне еще один шанс, – медленно и почти по слогам проговорила Марьяна. – Я… я, кажется, потеряла хватку и допустила с Таммом ошибку. Прошу прощения и дать возможность искупить.
– Кровью?
– Возможно. Как получится, – Марьяна не стала уточнять, чья кровь имеется в виду.
– Ну, я не знаю… – задумчиво протянул Тимур. – Я обещал Герману…
Интересно, насколько близко они знакомы? Но – нет. Марьяна не будет себе облегчать задачу и расспрашивать Тимура. Да и не факт, что шеф ей расскажет что-то, чего Марьяна уже не знает. О том, кто родил Тамму сына, Тимур не знает, в этом Марьяна была уверена. Слишком рьяно Герман Тамм оберегает свои тайны.
– Тим, у меня есть потрясающая идея. Я знаю, как подобрать к Тамму ключик. Материал будет готов в срок, я обещаю. И это будет пушка-бомба!
Тимур усмехнулся.
– Ключик, говоришь? Насколько я знаю Германа, у него конструктивно не предусмотрена замочная скважина. Его вскрыть можно только динамитом. Не хотелось бы, – добавил он после вздоха.
– Не волнуйся, – как могла уверенно улыбнулась Марьяна. – У женщин другой взгляд. Я эту замочную скважину вижу.
Тимур посмотрел на нее крайне внимательно, с каким-то новым интересом.
– А, знаешь, теоретически я даже тебя одобрю.
– Это хорошо, – выдохнула Марьяна. – А практически?
– А практически вряд ли у тебя получится что-то с Германом. Но если это случится – я буду очень рад. Даже не знаю, за кого болеть буду. Пожалую, поспорю на этот предмет с Ларой.
Марьяна несколько секунд напряженно размышляла. Что-то смущало ее в словах Тимура.
– Так, погоди. Мы же сейчас про интервью?
– Уже нет.
