"
"- Проснулся... прекрасная дева.
Они проговорили целый день, Дагон словно действительно проснулся от того черного сна, в котором жил последние восемнадцать лет, проснулся, чтобы жить заново.
Дождь все шел и шел. Три дня подряд. За эти три дня, проведенные вместе, они стали необходимы друг другу. Казалось немыслимым, что когда-нибудь дождь закончится и им придется выйти отсюда. Они не хотели выходить. А больше всего они хотели быть вместе. Теперь-то Дагон понял, что такое любить по-настоящему. Бесцельное существование обрело для него смысл.
Горестно было оттого, что придется исчезнуть из жизни этого прекрасного, искрящегося жизнью создания, но он не мог себе позволить остаться. Дагон не хотел портить ее молодую жизнь. Он изгой, скиталец, ему нигде нет места, что он может дать этому доверчивому юному существу, кроме страданий?! Это разрывало ему сердце, но завтра дождь прекратится, и он должен будет уйти. Об этом и сказал Дагон девушке накануне вечером.
Что? Он хочет уйти? У Зумуруд были совершенно другие планы.
Она хотела его. Любого, со всеми грехами и сомнениями, со всеми недостатками и мужским самодурством. Хотела!
Если женщина чего-то хочет, мужчине не устоять.
Тем более, если он сам жаждет ее, как измученный путник жаждет воды в знойной пустыне. Поцелуи были невыразимо сладки, поцелуи лишили остатков разума. Счастье любви смывает все. Все, что было когда-то дурного и страшного. В объятиях этой девушки он впервые за много лет почувствовал себя свободным.
Не было больше груза вины, тяжести совершенных ошибок. Все сгорело в этом чистом огне. И понял Дагон, что для него ее любовь - это прощение, забвение старого и новая жизнь.
А на утро дождь прекратился, и вдруг на их глазах пустыня стала покрываться цветами. Засушлива и скудна страна пустынь, но дважды в год в период дождей она цветет, превращаясь в дивный сад Господень. Недолог век цветов пустыни, однако нет ничего их прекраснее.
Для Дагона эти цветы были знаком новой жизни.
Свободной жизни. Он вдруг догадался, что отныне новое Имя его Свободный, засмеялся счастливым смехом впервые за долгое время и воскликнул в душе:
- Господи, клянусь, теперь ни на что не променяю свою свободу!
Тут ему показалось, что он явственно услышал легкий смех и слова:
- Не спеши клясться, парень. Посмотрим, что ты запоешь минут через десять...
Потому что прямо из-за холма на конях вылетело несколько всадников, закутанных в бурнусы.
