— Что за дурдом? — откуда-то из глубины дома, доносится голос мамы…
— Никакого дурдома, начинается Зарница. — поясняет бабушка, — правда планировался только горн и ракета, ума не приложу, кому взбрело в голову кукушку изображать…
— Ален, как ты думаешь, твоя бабушка сильно удивится, когда узнает, что куковал Юрий Константинович Михайлов? — потеревшись носом о мой висок, спросил Кирилл, хрипловатым спросонья голосом…
24
Папаша Михайлов, взбесившуюся кукушку изображал?
Шок — это по нашему… Отстраняюсь от Кирилла, недоуменно таращусь.
— Карточный долг. Глебу Мещерскому проиграл! — напоминает мой синеглазый, коротко засмеявшись.
Точно. Забыла совсем, папаша ку-ку проиграл….
Ха! Не знаю, насколько сильно удивиться бабушка… Я вот, совсем не удивлюсь, если выяснится, что рупор папаше Михайлову всучил тот же Глеб Мещерский.
А то, что ку-ку неслось через рупор, у меня никаких сомнений нет. Впрочем, какая уже разница. Никакой абсолютно. Эх! Зря Кирилл меня не растормошил, ночью. Воплотили бы в жизнь программу минимум….
— Кирилл, ты в Москву, не за конями случайно ездил?
— Не совсем, Ален. Можно, я пока в секрете оставлю? До вечера. Вечером сама все увидишь.
Все. Как теперь дожить до этого вечера? Как не умереть от любопытства? Это же сколько терпеть…. Где взять столько терпения?
— Ален, сегодня настолько насыщенный день, что время до вечера пролетит быстро, — скалится Кирюха, каким-то образом прочитав мои мысли.
— Бабушка! Дед! Вы приехали! Круто! Слышали, там птица кукушка прилетела! И трубач, трубил! И все покраснело! Вам бабуля старшая говорила, что у нас еще один дед нашелся! Теперь тебе дед, будет с кем в деревне на рыбалку ходить! Сможешь брать с собой другого деда! А где, Алена? В спальне нету, в ванной тоже.
— Почивать изволят. В гостиной, на диване. Сидя спят, как утка с селезнем! — папа выдает.
Ну конечно, ясно дело, в гостиную заглядывали!
— Утка с селезнем? Алена утка, а селезень что ли, дядя Кирилл? Они гнездо на диване свили? Из одеял всяких? Можно, мне посмотреть? Или еще не будить, чтоб выспались? — радостно тараторит Егорка.
— Игорь, ну, что ты, в самом деле? Какие утки с селезнями? — укоризненно произносит мама, а в голосе — смех сдерживаемый."
"— Водоплавающие.
Отчетливо представляю, как папа с невозмутимым видом пожимает плечами.
— Дед, они бы тогда в ванне плавали, а не на диване спали, — звякает Егоркин голосок.
— Пойду — ка, освою кофе машину, кофе для ребят приготовлю.
