Я такой незаметный? Лена краснеет, а я бешусь – с каких пор Олег стал таким внимательным к гардеробу сотрудницы? Наконец, брат видит меня за спиной своей секретарши и брови лезут на лоб. И конечно же он догадался чья рубашка на его помощнице.
Встает с Лениного кресла, отставив кофе, обходит стол.
– Дмитрий Дмитриевич? Я вас ждал завтра, – Олег, пряча молнии за прищуром, тянет руку для приветствия.
– Не вытерпел, – язвительно отвечаю, сжимая его руку со всей силы.
Он тоже в долгу не остается – жмет. Больно.
– Торопился к любимой?
– Да–да, к любимой... работе, – шиплю сквозь стиснутые зубы и тоже давлю.
Не сдаюсь. Глаза в глаза. Я злюсь, а он… Да он насмехается!
– Нам нужно поговорить, – киваю на его кабинет, намекая на приватный разговор.
– Кхм. Обязательно поговорим, – отцепляется, встряхивает кистью. – Силен! Елена… кхм, Владимировна, зайдите ко мне. Прямо сейчас. Дмитрий Дмитриевич, подожди две минуты, – показывает мне два пальца. – Всего две минуты."
"Лена кидает на меня растерянный взгляд, берет ручку и блокнот и скрывается за дверью, что любезно открыл ей шеф.
Он тоже исчезает, прихватив кружку с кофе, а я остаюсь стоять посреди приемной как дурак.
20. Испытание нулями и не только
– Елена –
Дверь закрывается с тихим щелчком и одним оборотом ключа в замочной скважине. Шеф нас запер? Да нет, скорее мне показалось. Это все нервы.
– Присядьте, Елена Владимировна.
В кабинете директора два больших стола и они стоят буквой Т. Я присаживаюсь на место для посетителей.
Кладу перед собой блокнот, открываю чистый лист, готова записывать срочное поручение начальника.
Волнуюсь, нет, не волнуюсь. Я просто в панике! Зажимаю авторучку до боли в пальцах, лишь бы отвлечься от грохота в груди, который наверняка доносится до шефа. В ушах колокольный звон, из–за которого я боюсь не услышать поручения Олега Дмитриевича.
Засекаю две минуты, что он отвел на встречу и жду, когда он озвучит, что хотел, и после я сбегу на свое место. Сейчас оно мне кажется самым безопасным на всей фирме.
Мне нужно побыть одной, подумать, принять тот факт, что Дим Димыч, наше с Маринкой чудовище, работает здесь. Как такое могло случиться? Почему я раньше не догадалась об этом? Столько было сигналов, на которые я не обратила внимание!
Две минуты. Всего две минуты и я свободна. Они пролетели бы быстрее, если бы что–то происходило в рабочем режиме. Но нет.
Олег Дмитриевич почему–то молчит. Пьет маленькими глотками кофе и молчит.
