Но и спрос с каждого будь здоров, в том числе и за отсутствие на рабочем месте в рабочее время.
– Задерживаюсь, Олег Дмитриевич.
– Надеюсь, по уважительной причине? А то дисциплина – вещь такая, дашь слабину и все, компания затрещит по швам.
Причина уважительная. Спасали одно чудовище – искали средство превращения его в прекрасного принца. Но старшему брату я это не озвучиваю, кидаю короткое:
– Угу. Отработаю.
Брат у меня биг–босс, а я работаю у него замруком отдела сопровождения клиентов. После долгого отсутствия вхожу в курс дела фирмы, изучаю ту кухню, что Олег расширил и размножил, пока я валялся на больничной койке.
Изменений столько, что работаю день и ночь, а изучать еще дофига.
– Не надумал ко мне в помощники? Свободный график будет.
– Рано еще. Опыта мало, сам видишь.
– Так рядом быстрее заматереешь.
– Я подумаю.
Олег в нашей семье всегда был серьезным и рассудительным. Бизнес с нуля ему дался легко, быстро набрал обороты. Кадры брат подобрал надежные, есть на кого положиться и с кого спросить.
А вот на личном фронте у него засада – первый брак распался, когда его дочке, Алиске, четыре года исполнилось, второй брак трещит по швам, потому что у Ники гормоны на фоне первой беременности и маниакальная идея, что у Олега несколько любовниц. Брат, конечно, не святой, но самая значимая в его жизни любовница – эта компания. И тянет она из него все жилы днем и ночью. Еще и бывшая жена периодически напоминает о себе, кровь портит.
На фирме никто не знает о наших с Олегом родственных отношениях.
Я сам попросил, чтобы не афишировали – так с коллегами проще общаться. Внешне мы братом не особо похожи, а насчет фамилии и отчества – говорю, что совпадение. Мало ли Дмитриевичей Кудрявцевых? В общем, играем на публику.
– Что это у тебя? – брат кивает на ведерко в моих руках.
– Мороженое купил. Сливочное с шоколадной крошкой.
– Как интересно. Не припомню, чтобы ты был фанатом мороженого. Или ты кого угощать собрался?
– Холодильник.
В машине, боюсь, растает.
– М–м, как банально. Я уж думал, кого присмотрел себе в любовницы, подкатить решил.
Я закатываю глаза:
– Хоть я и шалопай в нашей семье, но не ловелас, в отличие от тебя, братец. Как тебе еще Ника причиндалы не оторвала, удивительно.
Хмыкает:
– Пригодятся еще.
– Хочешь угощу?
– Не, я пас. Форма.
Брат расправил плечи. Мышцы на груди и плечах забугрились, натягивая рубашку. Чуть–чуть ткань затрещала.
