Сосредоточившись на собственных ощущениях рядом со своим молодым человеком, уверенно шествую до нашего места под оценивающие взгляды присутствующих. Вениамин сам галантно отодвигает для меня стул, и аккуратно придвигает его, когда я присаживаюсь. Намеренно чуть задерживается около меня. Слегка сжимает плечи пальчиками, вызывая рой мурашек на коже, и, наклонившись, произносит над ухом:
– Чудо как хороша!"
"Я в который раз за вечер вдыхаю запах его одеколона, но желанного эффекта почему–то не получаю. Вкусно, но не то.
А хочется закрыть глаза и втягивать носом обалденный парфюм, от которого кружится голова и резвятся бабочки…
Тот поцелуй, что Веня урвал сегодня на пороге моего дома, почему–то не разбудил во мне крылатых насекомых...
Вениамин садится напротив и отводит от меня взгляд, только когда официант приносит меню и спрашивает, не желаем ли мы выпить.
– Шампанского, самого лучшего, – отдает распоряжение мой спутник.
Официант кивает и удаляется выполнять заказ.
– Веня, – наклоняюсь вперед, поближе к Вениамину, – здесь же, наверное, безумно дорого.
Мы могли бы поужинать у меня дома.
«А там Марина и моя мама устроили бы нам бесплатное цирковое представление. Цыгане нервно курили бы в сторонке».
– Леночка, я сделал ошибку, что раньше не приглашал тебя в подобные заведения. Поверь, пару раз поужинав вот так, ты привыкнешь и сама будешь просить «выгуливать тебя в люди».
«Я не собака, чтобы меня выгуливать» – чуть не ляпаю, но прикусываю язычок.
– Сомневаюсь, – говорю вместо этого.
– Думаю, что тратить баснословные деньги можно на более полезные дела, чем на блюдо от шефа размером с пуговицу.
Как раз в этот момент официант со словами «Ваш паштет аля что–то там неразборчивое» принес мужчине за соседним столиком большое плоское блюдо с ма–аленькой кучкой какой–то массы в середине, по цвету похожей на детскую неожиданность. Мою фразу о пуговице скорее всего любитель паштета услышал, потому что поднял на меня укоризненный взгляд, и я тут же скрылась за книжкой–меню, попытавшись сконцентрировать внимание на буквах.
Язык мой – враг мой.
Почему–то не получается читать меню. Такое ощущение, что какой–то супермен взглядом–лазером прожигает картонную книжку в моих руках. Опускаю ее чуть ниже и сталкиваюсь с пристальным взглядом моего мужчины.
Вениамин в свои тридцать лет вид имеет солидный – работа в банке обязывает держать планку. За плечами у него неудачный брак, причину расторжения которого мужчина не озвучивает.
