Чудо-пилюли

Константин Таганцев выразил полное согласие с этой достойной гражданской позицией, и Галочка положила трубку.

Умный муж ей поаплодировал и сказал:

– Знаешь, тебе стоит позвонить издателю и заказать дополнительный тираж. Уверен, теперь и он разойдется.

– Думаешь, СМИ напишут то, что нужно? – засомневалась Галочка. – «Эксперт по красоте и здоровью подала в суд на мошенников»?

– Скорее они напишут: «Эксперт по красоте и здоровью стала жертвой мошенников», – не стал ее обманывать умный супруг. – Но это совершенно неважно, главное, что публикации будут, причем в большом количестве и в рейтинговых СМИ.

И тебя в них будут называть экспертом, писателем, автором энциклопедии о методах противодействия старению. Галина Караманова, я вас поздравляю: еще чуть-чуть – и вы проснетесь знаменитой!

Я не успела ответить – рот был занят. Рабочий день клонился к вечеру, мы с Машкой сидели у меня в кабинете и пили чай с конфетами. День зарплаты еще только маячил на горизонте, как коммунизм, не приближаясь, поэтому конфеты были дешевые – ирис «Золотой ключик».

А ириска во рту – хуже кляпа, лишает дара членораздельной речи полностью и надолго.

– Кто там? – строгим басом спросила Машка, и дверь, уже приоткрывшаяся, пошла назад.

– А кто тут? – донеслось из-за нее, и через пару секунд в щель просунулась шоколадка.

– Костя, заходи! – позвала я, проглотив свою сладкую жвачку.

– Заходи, шоколадка! – радостно поддержала меня подруга.

– Здрасьте вам, – сказал вошедший старший лейтенант и посмотрел на Машку.

 – А я думал, у Лены тут мужик какой-то.

– Нет, она по-прежнему без мужика, – невозмутимо ответила Машка, забрала у Таганцева шоколадку и сразу же ее развернула. – Если хочешь чаю – налей себе сам. Чашки в шкафу, чайник у Димы в предбаннике, еще горячий. И стул себе принеси!

Таганцев снова вышел из моей кельи, а вернулся со стулом в одной руке и дымящейся кружкой в другой. Он подсел к нам и цапнул сразу две ириски:

– О, «Золотой ключик», люблю их!

– Неизбалован, скромен в быту, – одобрительно отметила Машка.

 – Повезло нашей Натке.

– Вы это не мне, а ей говорите, – сказал Таганцев. – И почаще, почаще!

– Вы опять поссорились? – испугалась я.

– Нет, наоборот, – старший лейтенант выкатил грудь колесом. – Сейчас-то какие ссоры, когда я такой молодец?

– А ты молодец? – спросила Машка и подперла щеку кулаком, приготовившись слушать.

– Только без интимных подробностей, пожалуйста, – попросила я.