– Мне нужно войти туда одному.
– Да, конечно. Да. – Она обернулась. Глаза Одри были полны слез. – Ей так плохо…
Я не ответил.
Развернувшись, пошел к двери, ведущей в палату.
Там пахло лекарствами и удручающей тоской. Моника Зейн сидела на кресле у окна, закрытого жалюзи, и смотрела перед собой. Но стоило мне войти, она сжалась, опуская взгляд.
– Добрый день. – Стараясь говорить тихо, я сделал несколько шагов в ее направлении и остановился. – Вы могли бы уделить мне некоторое время?
Она не реагировала.
– Миссис Зейн?
Чуть дрогнув, женщина всхлипнула.
– Моника. – Я сделал еще несколько шагов. – Меня пригласил ваш племянник, Томас. Вы ведь помните его?
Она медленно подняла голову и посмотрела на меня. Меня прошибло током от этого взгляда, полного страхов, одиночества и непонимания.
– Вы врач? – спросила миссис Зейн, разглядывая меня.
– Нет. Я…
Запустив руку в волосы, нервно убрал их назад. Посмотрел на стекло, которое с этой стороны было лишь зеркалом…
– Там люди, – проговорила Моника.
– Они смотрят за мной и ждут, пока вернется память.
– Откуда вы знаете? – спросил я.
– Я забыла несколько десятков лет, но не стала полной идиоткой, – раздраженно ответила женщина.
Она нахмурилась и напомнила меня. Словно мое воплощение, постаревшее и облеченное в женскую форму. Удивительно, но даже манера говорить у нас была похожей, а ведь она всего лишь родила меня, сразу после этого исчезнув.
– Так кто вы такой? – Моника постаралась сесть ровнее, при этом кутаясь в белую шаль.
– Очередной мозгоправ?
– Нет.
Она недовольно поджала губы, вцепилась в подлокотники, как я цеплялся за руль автомобиля пару минут назад…
– Тогда что вам нужно? – спросила миссис Зейн. – Не понимаю.
– Я пришел, чтобы поговорить.
Еще пара шагов, и вот мы совсем близко друг к другу. Придвинув стул, я сел напротив Моники и, вздохнув, представился:
– Меня зовут Аарон Харрис. Фамилию дали в социальных службах, а имя выбрала мать.
Женщина чуть приоткрыла рот, шевельнув губами.
Глаза ее расширились, а пальцы побелели, с такой силой она вцепилась ими в деревяшки.
– Отца моего жениха звали Аароном, – наконец сказала она. – И когда мы подбирали имена ребенку… Мы ведь не знали, девочка будет или мальчик…
Она замолчала, положив руку себе на живот. Погладив его, посмотрела вниз и внезапно расплакалась.
– Теперь его нет. Давно нет. Моего ребенка. – Плечи Моники дрожали, а по лицу текли слезы.
![Обложка книги Невеста снежного демона [СИ]](/uploads/posts/images/1/nevesta-snezhnogo-demona-si.jpg)
