— Она всюду тут напакостит!
— Она очень воспитанное создание, ко мне приходит только чтобы поесть. Если вдруг... У меня есть совочек. Будет тебе ворчать по пустякам.
— Она-то может и воспитанное. А вот ты вечно всякую гадость в кровать тащишь.
— Нет, дорогая. В кровать теперь — только тебя, — произнес он торжественно, и я, не выдержав, усмехнулась. Мальчишка. Что с ним поделаешь.
33.2
Самым трудным оказалось вставать по утрам. Я совой никогда не была, а за время жизни в замке к раннему подъему привыкла. Но раньше просыпалась одна.
Или с Иви, если она меня дожидалась. Теперь же рядом сладко сопел Рэй. Который вечно стягивал на себя одеяло и в него заворачивался. Который имел привычку класть на меня ногу. У которого было такое милое и безмятежное лицо, когда спал.
И который ненавидел просыпаться на рассвете. Я его жалела, выбиралась из объятий осторожно, чтобы не потревожить. Заставляя себя — так хотелось остаться. Дождаться, когда откроет глаза, увидит меня и улыбнется.
Я становилась зависимой от его улыбки.
От его прикосновений, его голоса, мурлыкавшего ласковые глупости или ехидно выдающего очередные колкости. Все сильнее привязывалась к нему, привыкала к взрывному характеру и вечному ребячеству. Мне даже начинала нравиться его эмоциональность и манера действовать по внезапным порывам, с места в карьер. Возможно, самой этого не хватало.
Наверное, без его поддержки я бы не справилась. Он будто всегда был рядом, даже когда находился в другом конце дома. Каким-то непостижимым образом умудрялся появляться в нужный момент, как тогда, во время разговора с отцом Иви.
И я чувствовала — он на моей стороне. Что бы ни случилось."
"Наконец настал день, когда мы проводили последних гостей. Лорд Бирн остался настолько доволен, что я рискнула спросить, не перевозят ли по их железной дороге скот.
— Мы перевозим все что угодно. Но зачем тебе понадобилась скотовозка? Хотите выписать приличных лошадей?
— Если Рейнер пожелает. Но мне нужно переправить отсюда в столицу некоторое количество животных.
Все они будут совершенно безопасны и заперты в надёжных клетках.
Он удивился, а когда призналась, что собираюсь представить свой товар на ежегодной ярмарке, ожидаемо пришел в негодование.
— Леди Бирн не пристало торговать за ярмарочным прилавком!
— Папенька, но это ведь здорово! — возразила Лори. — Я непременно похвастаюсь подружкам. И Оливия обещала привезти говорящую сороку.
— Лори, не перебивай отца, — осадила ее леди Бирн.
