Чудовищная алхимия. Том 3

Тем временем нападавшие тоже не стояли на месте: следующим они расправились со вскочившим на ноги вышибалой, а затем начали быстро продвигаться вглубь зала с оружием наголо.

— Брут, прячься, — скомандовал Зефир, вставая и выхватывая меч.

Происходящее не укладывалось в голове. Кто в здравом уме станет устраивать вооруженный налет на таверну для искателей среди бела дня? Здесь не хранились сокровища, как у менял и ростовщиков, не толпились богатые купцы. Единственное, что здесь можно было найти — яростное сопротивление, которое гости «Медвежути» и продемонстрировали, вскакивая с мест.

Завязалась жестокая схватка. А из-за того, что большинство завсегдатаев не носили в спокойной обстановке доспехов, у хорошо экипированных нападавших было явное преимущество — по крайней мере, до столкновения с Хвоей, Зефиром и Леопольдом.

На командира вышли сразу двое. Первый прикрывался щитом, пытаясь уколоть в незащищенный бок, второй заносил меч над головой. Церемониться Зефир не стал. Резко шагнув в сторону, он избежал удара и со всей силы вмазал ладонью по лицу первому нападающему, срывая тому голову с плеч.

Она пролетела через весь зал и шлепнулась о стену, как перезрелая тыква. Со вторым было еще проще — усиленный меч рассек врага пополам вместе со щитом и доспехом. Мельком взглянув на клинок и не обнаружив повреждений, юноша порадовался удачному приобретению и мысленно поблагодарил хомяков.

Тем временем Леопольд, парировав шестопёром выпад противника и отведя его меч в сторону, резко сократил дистанцию — и без лишних церемоний всадил кулак ему в лицо.

Раздался отвратительный хруст, и бездыханное тело рухнуло на пол, с носом, вбитым глубоко в мозг.

Расправившись со своими оппонентами, оба товарища приготовились к продолжению боя, но вместо этого застыли, уставившись на Хвою. Девушка вытянула из рук двухметровые кровавые жгуты и, ворвавшись в гущу врагов, принялась расчленять их с пугающей лёгкостью.

Зефир не знал, было ли это умением или магией, но эти алые ленты резали плоть и металл с бритвенной остротой.

В воздухе кружились отсечённые конечности, а сама Хвоя изящно перемещалась между противниками, к этому моменту уже отправив на тот свет семерых. Более того — вся пролитая кровь словно ожила, стекая ручейками к брюнетке и впитываясь через открытые участки кожи.

Рядом присвистнул Леопольд. Хвоя оказалась с большим таким сюрпризом.

Между тем девушка покончила с последним нападавшим, с лёгкостью отделив ему голову от плеч, и бросилась к стойке, где лежал Ясо.