Чудовищная алхимия. Том 3

Зефир действительно представлял собой ужасное зрелище: обгоревшие брови и ресницы, покрасневшая, покрытая волдырями кожа, почерневшая экипировка и обугленная местами рука, а также лёгкий дымок, поднимавшийся от его тела, — всё это создавало впечатление, будто парень только что побывал в аду.

— Брут! — справившись с пузырьком и экстренным лечением, позвал енота командир.

С одной из крыш раздалось тявканье, а из-за печной трубы выглянул мохнатый. Взгляд, который он бросил на парня, был обеспокоенным. Однако через секунду зверь посмотрел чуть выше, и его глаза мгновенно стали размером с блюдце, наполнившись настоящей паникой.

Резко обернувшись, Зефир увидел гиганта, которого, видимо, привлекло огненное представление, разыгравшееся на улице. Чудовище стояло в паре кварталов, но командир почему-то был уверен — оно смотрит именно на них.

Через мгновение выражение лица монстра исказилось жуткой злобой, и громадное создание ринулось бежать в сторону парней. Казалось, до этого оно просто бесцельно бродило, разрушая город от скуки, а теперь встретило злейшего врага, которого жаждало покарать.

— Ты сдохнешь, ублюдок! — прогремел оглушительный рёв, сотрясший весь город.

Удивительно, но гигант оказался разумным и мог говорить. Вот только удивляться этому троице было некогда — их занимала лишь паническая мысль о бегстве.

Брут мгновенно оказался на плече командира, и тот рванул в сторону, противоположную смертельной опасности. Чернявый последовал его примеру. Однако, несмотря на скорость молодых людей, прошедших первую эволюцию, разница в длине ног с монстром была слишком велика.

Началась безумная игра в кошки-мышки, где добычей были товарищи, а охотником — огромные волосатые ноги, стремившиеся их раздавить. Ни Леопольд, ни Зефир даже не помышляли о сопротивлении. И хотя у командира оставался один заряд в деревянном жезле, но объективно говоря, что он мог сделать? Разве что слегка ранить огромную ступню.

И снова друзья оказались в глубокой заднице. Они метались по улице, в последний момент уворачиваясь от обрушивающихся на них ног, а чудовище зверело всё сильнее, негодуя из-за слишком вертких целей.

Город сотрясали многочисленные локальные землетрясения. Ближайшие здания, те, что гигант ещё не успел разнести по камешку, теперь рушились, словно были сложены из соломы.

Зефир догадывался, почему тварь ополчилась именно на них, а точнее — на него лично.